174. Если бы каждый день был праздник
В неурожайный год Эпенди приехал в одну деревню. Видит — люди пьют и едят, всего у них вдоволь. Перед Эпенди они также поставили всякие яства.
— Какое же здесь изобилие! А у нас люди умирают с голоду, — удивился Эпенди.
Один из аульчан говорит ему на это:
— Эх, Эпенди, куда девался твой разум? Разве ты не знаешь, что значит праздник! Сегодня праздник, и каждый припас для этого что-нибудь из пищи и питья. Поэтому всего вдоволь.
Эпенди подумал немного и сказал:
— Если бы каждый день был праздник, люди не голодали бы[138].
175. Почему не ешь?
Насреддин ехал по делам. В пути на него напали разбойники и отобрали кошелек с деньгами. Когда он добрался до города, у него не было ни гроша, а он очень устал и проголодался. Насреддин остановился перед лавкой пекаря и стал глазеть на лепешки.
— Это твоя лавка? — спросил он хозяина.
— Моя, — отвечал тот.
— И все эти горячие белые лепешки твои? — допытывался Насреддин.
— Ну конечно, мои.
— Так почему ты стоишь, почему не ешь?[139]
176. Подготовка к зиме
Перед началом зимы Моллу спросили:
— Что ты припас на зиму?
— Сильный озноб и дрожь, — ответил Молла[140].
177. Аппетит Насреддина
Насреддина позвали в гости и спрашивают:
— У тебя есть аппетит?
— Это единственное, что у меня есть на свете, — отвечал он.
178. Куда несут человека
Хоронили одного человека. Афанди шел с сынишкой, когда навстречу им попалась похоронная процессия.
Сын спросил:
— Что несут на носилках?
— Человека, — отвечал Афанди.
— А куда его несут?
— Человека несут в жилище, где нет ни золота, ни серебра, ни кушаний, ни напитков, ни одежды, ни хлеба, ни соли.
— Разве его несут к нам домой? — удивился мальчик[141].
179. Раб
Насреддин купил раба, но при покупке его предупредили:
— У него есть один недостаток: он мочится по ночам в постель.
— Если он найдет у меня в доме постель, — ответил Насреддин, — то пусть делает там все, что ему заблагорассудится.
180. Умный осел
Если у Насреддина дела шли туго, то его осел, возвращаясь домой, недовольно отворачивался от хлева. Из хлева же он выходил беспокойный и старался как можно скорее отойти подальше. Насреддина спросили, почему осел так себя ведет, и он ответил:
— Осел просто знает, что в хлеву нет для него корма.
181. Брезговать не приходится
Однажды ходжа Насреддин отправился в лес за дровами, а с собой взял пастернак. Скоро ему захотелось пить, он разрезал одну штучку — пастернак показался ему невкусным, Насреддин его выбросил. Попробовал другую — то же самое. Словом, перебрал он так все, одну штучку съел, а на остальные, брошенные, помочился.
Потом опять принялся рубить дрова. И снова ему захотелось пить. Тогда он поднял все, что выбросил, и сказал:
— Они немножко подмокшие, но это ничего.
И съел все без остатка.
182. Арбуз
Однажды Молла шел в соседнее село. По дороге он купил арбуз. Разрезал его, половину съел, а другую бросил на дорогу и сказал про себя:
— Пусть тот, кто увидит этот арбуз, подумает, что здесь проходил бек.
Прошел он немного, потом вернулся обратно, подобрал брошенную половину, съел и сказал:
— Пусть подумают, что у бека был слуга, который и съел эту половину.
Прошел Молла еще немного и, пожалев, опять вернулся, подобрал арбузные корки, съел их и сказал:
— Пусть подумают, что у бека был еще и осел.
183. И помечтать-то нельзя
Захотелось как-то ходже супу, и стал он мечтать: «Вот если бы был хороший суп, приправленный мятой, я бы его поел». Вдруг к нему постучались в дверь; вошел сын соседки с миской в руке и сказал:
— Моя мать больна, дайте ей немного супу.
Услышав это, ходжа заметил:
— Мои соседи пронюхали, о чем я, бедняжка, мечтаю[142].
184. Ну и судьба!
139
Ср. тур. 5, 215; кр.-татар. 4, 57; узбек. 7, 19 (подробно расписывает торговцу, как бы он на его месте расправился с продуктами); азерб. 6, 135 (на вопрос: «Почему же ты не ешь?» — бакалейщик отвечает: «Если я поем, то я причиню себе вред»; тогда Насреддин принимается уплетать лакомства: «Пусть вред будет мне»).