Он взял пустую миску и поставил перед талебэ.
— Не обессудьте, — сказал ходжа. — Если бы у нас в доме было масло и рис, я бы в этой миске подал вам суп[177].
245. Нечего и приглашать
Возвращался эфенди однажды домой и встретил несколько своих приятелей. Недолго думая, он пригласил их к себе в гости, обещав как следует угостить. Все гурьбой направились к нему домой. Дошли до ворот, и эфенди сказал им:
— Постойте здесь, а я зайду в дом и все приготовлю.
Остались они ждать его у ворот. Эфенди стремительно вбежал в дом и приказал жене:
— А ну-ка, женушка, свари нам обед, а то я своих приятелей пригласил к нам в гости.
А жена стала его копить:
— Срам какой, уж пятьдесят лет тебе стукнуло, борода вся стала седой, а ума тебе не хватило, чтобы понять, — если нечем угощать, то и гостей нечего приглашать.
Нечего делать эфенди, вышел он за ворота и говорит гостям:
— Так, дескать, и так, стукнуло мне пятьдесят лет, борода моя вся седой стала, а ума мне не хватило, чтобы понять, — если нечем угощать, то нечего и гостей звать.
246. Два выхода
Раз Насреддин Афанди был в чайхане и привел оттуда друзей. Только около своего дома он сообразил, что уже очень поздно. Оставив их у ворот, сам зашел в дом и сказал жене:
— Я привел гостей, но теперь и сам жалею. Выйди к ним и скажи, что Афанди нет дома.
Вышла жена к воротам и, стоя за ними, сказала:
— Я бы сказала вам «добро пожаловать», да мужа моего дома нет. Прошу в другой раз.
— Что за вздор! — удивились гости. — Афанди притащил нас к себе, обещал угостить пловом. Он только что вошел в дом.
Видя, что жена не знает, что ответить, Афанди сам подошел к воротам и закричал:
— Эта женщина не виновата! Она не видела, как Афанди вошел в одни ворота и вышел в другие. В доме два выхода[178].
247. Залог
Однажды к Молле пришли несколько гостей.
— Жена, — спросил Молла, — что нам делать?
— А что будем делать? — ответила жена. — У нас есть яйца и масло. Сделаем яичницу и подадим им.
Жена приготовила яичницу и принесла гостям. Один из них сказал:
— Как было бы хорошо, если бы нашлось немного кислого молока.
Молла поднялся, вышел на кухню и сказал жене:
— Жена, гости хотят кислого молока. Что нам делать?
— Что будем делать, — ответила жена. — Пошлем к бакалейщику и возьмем под залог кислого молока, а когда будут деньги, выкупим заложенную вещь. Не оставим же мы наших гостей недовольными.
Молла послал залог и, получив кислое молоко, подал его гостям. Гости наелись, и один из них сказал:
— Тот гость хорош, кто бывает доволен тем, что найдется в доме у хозяина, и не заставляет его брать что-нибудь в долг. Для такого гостя и еда всегда найдется. Мы тоже поели то, что было в доме, поэтому Аллах не оставил нас и прислал что покушать.
— И вы хорошие гости, и Аллах у вас хороший. Плохо только, что наш залог попал к бакалейщику, — сказал Молла.
248. Как Насреддин отвадил приятелей
Приятели стали напрашиваться к Насреддину в гости, а у него было туго с деньгами. Он отнекивался, но они не отставали. Наконец они сами назначили день, и Насреддин уступил.
Когда приятели пришли в дом, Насреддин поставил перед ними лепешки, финики, виноград, сыр и все время приговаривал, угощая:
— Кушайте, не стесняйтесь, угощение — за ваш счет. Будьте как дома!
Приятели были польщены гостеприимством Насреддина, наелись вволю и провели весь день в приятных беседах. Но когда они стали уходить от Насреддина, то не нашли ни башмаков, ни халатов. Они стали спрашивать Насреддина, а тот ответил:
— Они у старьевщика на нашей улице.
— Как так? — поразились гости.
— А разве я не говорил вам, что угощение за ваш счет? Я говорил правду. Я угощал вас на деньги, вырученные за ваши башмаки и халаты.
Друзьям ничего не оставалось, как сложиться и вернуть Насреддину деньги, чтобы он выкупил их халаты и башмаки. Насреддин же преподал им урок, как будет посрамлен тот, кто навязывается в гости.
249. Слишком жарко
Один человек решил воспользоваться гостеприимством ходжи Насреддина, не зная, что из его дома даже мыши давно сбежали от голода. К вечеру гость отчаялся дождаться угощения и спросил:
— Где ты положишь меня спать, после того как мы поедим?
— А мы пообедали до твоего прихода, — ответил ходжа, — ты что, уже хочешь спать?