— С сегодняшнего дня мы разрешаем тебе торговать. В честь этого угости-ка пас хорошенько мантами! — заявили чиновники.
Открыли дверь лавки. Вошел туда Афанди и развел огонь под казаном с мантами, которые были приготовлены… шесть месяцев назад! Чиновники сидят, ждут угощения. Чуть закипела вода в казане, подал Афанди манты непрошеным гостям. Они жуют, морщатся.
— Э-э, дорогой, не доварил ты манты…
— Помилуйте, — говорит Афанди, — как могли они не довариться, если висели над очагом целых полгода!
302. Ты будешь продавать или я?
Вздумал ходжа заняться торговлей солеными овощами. Накупил он все, что нужно для этого, и даже осла. Когда они подходили к домам, где у них брали соленья, или попадали на бойкие улицы, осел, не давая ходже выговорить слово: «Соленья», — начинал по привычке реветь, и у ходжи слова застревали в горле. Вот только ходжа собрался на бойком месте громко закричать: «Соленья, соленья!» — осел опять упредил его и заревел. Ходжа рассердился и сказал:
— Послушай, товарищ, ты будешь продавать соленья или я?[220]
303. Продал за ту же цену
Один человек дал Анастратину рубашку, чтобы тот продал ее на базаре. Рубашка была краденая, и Анастратин это знал. На базаре в тот день было много народу, и в толчее кто-то рубашку у него украл.
Вернулся Анастратин с базара, подошел к нему этот человек и спрашивает, сколько он выручил за рубашку.
— Торговля сегодня была плохая, — ответил ходжа, — я ее продал за ту же цену, за которую ты ее купил.
304. Верблюжий череп
Однажды у Моллы не было денег на хлеб. Жена дала ему моток ниток — единственное, что у нее было, — чтобы он продал его и купил хлеба. Молла понес моток на базар, но, сколько ни ходил, покупателя найти не мог. Никто не хотел заплатить даже столько, чтобы хватило на два фунта хлеба. Молла рассердился: «С этими торгашами надо поступать по-торгашески». Он нашел верблюжий череп, обмотал его нитками и снова начал ходить по базару. Один из лавочников увидел, что Молла продает большой моток ниток, и подозвал его к себе. Хотя лавочник предложил ему меньше, чем должен был стоить такой большой моток, Молла не стал торговаться. Лавочника взяло сомнение:
— Молла, в этом мотке ничего нет, кроме ниток?
— Есть, — ответил Молла. — В нем — верблюжий череп.
Тот решил, что Молла шутит, успокоился, отсчитал деньги, и Молла ушел. А лавочник размотал нитки и увидел, что в мотке и в самом деле верблюжий череп. На другой день он зазвал Моллу к себе и стал его упрекать:
— Молла, как тебе не стыдно?
— Во-первых, когда я продавал этот моток, то сказал тебе, что в нем верблюжий череп. Не покупал бы! Во-вторых, ты купил так дешево, что если бы в мотке был не череп, а весь верблюд, ты все равно не остался бы в накладе[221].
305. Дом Насреддина
Насреддину принадлежала половина дома. Он позвал посредника и говорит:
— Если ты продашь мою половину дома, то я куплю вторую половину, чтобы завладеть всем домом[222].
306. Совет покупателю
Как-то утром ходжа повязывал на голове сарык*, и конец его никак не приходился назад. Он распускал сарык, снова обматывал — ничего не получалось. Надоело это ему, и он понес сарык посреднику. Нашелся покупатель-бедняк. А ходжа тихонько и шепчет ему на ухо:
— Смотри, братец, не наддавай цены, а то сарык достанется тебе зря: конец его сзади не сходится[223].
307. Редкий товар
На бухарском базаре один приезжий араб громко проклинал жадного торговца, заломившего несусветную цену за кусок шелка:
— Есть у тебя хоть крупица совести?
Проходивший мимо Афанди воскликнул.
— Дорогой мой, сразу же видно, что ты чужеземец. У нас в Бухаре таким товаром не торгуют.
308. Как Насреддин покупал ковер
Жена послала Насреддина на базар купить ковер и не велела платить больше десяти туманов*.
Насреддин ходил на базар ради веселой суеты и совсем не умел торговаться. Поэтому он сразу купил ковер за тринадцать туманов и стал развлекать народ.
Когда люди начали расходиться, Насреддин вспомнил строгий наказ жены и приуныл. Недолго думая, купил он за аббаси* петуха и пошел домой.
221
Ср. тур. 5, 323; перс. 8, 110 (Насреддин наматывает пряжу на камень и не предупреждает торговца).