364. Тот да не тот
У Насреддина украли ослиную уздечку. Пришлось ему вести осла за ухо. Спустя несколько дней он увидел свою уздечку на чужом осле, удивился и сказал:
— Голова у этого осла вроде как у моего, а вот туловище — от другого[262].
365. Превращении осла
Шел однажды Анастратин пешком, а осла вел сзади за недоуздок. Увидели его озорники, решили украсть осла, да так, чтобы он ничего не заметил.
— Я это дело обделаю, — сказал один из них. — А вы, как возьмете осла, скорее идите на базар и продайте его.
Побежал он вдогонку за Анастратином, незаметно снял с осла недоуздок, надел на голову и побежал за ходжой. А приятели его взяли осла и повели на базар продавать.
Шел Анастратин, шел, наконец оглянулся, видит: вместо осла идет за ним человек.
— Ты кто? — спрашивает.
— Я осел, — отвечает вор. — Когда-то я был человеком. Но за то, что я огорчал своих родителей, меня прокляли и превратили в осла. Сначала меня продали пекарю, потом садовнику, наконец, меня купили вы. И вот как раз сейчас, когда я шел за вами, меня увидели на улице родители. Они, видно, исполнились ко мне сострадания, помолили за меня бога, и я опять стал человеком.
Озадаченный Анастратин потеребил свою бороду, подумал, подумал и сказал:
— Что ж, такие случаи бывают. Ничего в этом нет невероятного. Но надо же, чтобы это случилось именно со мной! Иди, мой мальчик, да смотри, больше не огорчай своих родителей.
С тем он его и отпустил. Но без осла ему тоже нельзя. Пошел Анастратин на базар купить себе нового. Глядь, а посредник как раз вывел на продажу его осла.
Ходжа тихонько подошел к нему и сказал на ухо:
— Ты, я смотрю, опять стал ослом. Наверное, снова прогневал родителей. Что ж, возвращайся в свое стойло, видно, ты не заслуживаешь того, чтобы быть человеком.
И повел его за собой[263].
366. Ловушка
Насреддин зашел летней порой в мечеть, совершил полуденный намаз* и улегся в сторонке, подложив под голову башмаки., Какой-то вор, не теряя времени, стащил башмаки Насреддина. Насреддин проснулся, не нашел своих башмаков и решил, что теперь, он сам проведет вора. Он снял одежду, положил в изголовье и притворился спящим, чтобы поймать вора на месте преступления и заодно отобрать и башмаки. Но случилось так, что едва он коснулся головой циновки, как заснул. А вор опять не оплошал и стащил его одежду. Так Насреддин и остался ни с чем.
367. Чтобы самого не украли
Насреддин ехал верхом на осле по базару. К ослу была привязана на веревке коза с бубенчиками. Его увидели три искусных вора, и один из них сказал:
— Я уведу его козу.
— Я завладею его ослом, — сказал второй вор.
— Я стащу его одежду, — похвастал третий вор.
Первый вор отвязал веревку от шеи козы, привязал бубенчики к хвосту осла и увел козу. Второй остановился перед Насреддином и говорит ему:
— Люди привязывают бубенчики к шее осла, а ты привязал к хвосту.
Посмотрел Насреддин — увидел, что козу увели, и стал кричать:
— Кто увел мою козу?
Вор говорит:
— Только что какой-то мужчина погнал перед собой козу.
Насреддин попросил его приглядеть за ослом, а сам поспешил вызволять козу. Вор, конечно, увел осла. Вернулся Насреддин без козы, но и осла не обнаружил. Тут он увидел, что около колодца сидит человек и плачет.
— Чего плачешь? — спрашивает Насреддин, а тот отвечает:
— Я нес золотую шкатулку с драгоценностями жены правителя, но кто-то толкнул меня, шкатулка упала в колодец. Я дам сто динаров тому, кто вытащит ее.
Насреддину захотелось выручить побольше денег взамен того, что он потерял на осле и козе. Он скинул одежду и спустился в колодец, но ничего, конечно, не нашел и стал кричать. Никто не ответил. Наконец он с большим трудом выбрался наверх, но одежды и след простыл. Тогда он схватил большую палку и, размахивая ею вокруг себя, пошел по улице.
— Зачем это ты? — спросили Насреддина, и он ответил:
— Чтобы меня самого не украли[264].
368. Хвост петуха
Вор украл петуха Насреддина и засунул в хурджин*. Насреддин побежал следом, догнал вора и говорит:
— Верни моего петуха.
— Я твоего петуха и в глаза не видел, — стал отпираться вор, но хвост петуха торчал из хурджина, и Насреддин сказал:
— Охотно верю тебе, да вот хвост подводит.
И он вытащил из хурджина своего петуха.
263
Ср. тур. 5, 101; азерб. 6, 290; перс. 8, 43; туркм. 15, 151; узбек. 7, 12 (здесь Насреддин сам крадет таким образом осла). Ср. также ассир. 12, 170 (не о Насреддине). Ср. ВС, 1529.