Вскоре они уже мчались в «кадиллаке» по автостраде номер 1. Когда они приблизились к повороту, ведущему к дому Линдсей, Иеремия нервно поинтересовался:
— Послушай, тебе действительно нужно возвращаться прямо сейчас? Я думал, мы куда-нибудь зайдем и поговорим. Я ведь понимаю, что должен все тебе объяснить.
— А почему ты думаешь, что я захочу тебя выслушать? — резко бросила она, но не стала протестовать, когда он проскочил поворот.
Они доехали до заповедника Бин-Холлоу-Стейт-Парк, где Иеремия припарковал машину. В этот час на берегу никого не было. «Еще бы!» — подумала она, дрожа от холода в своей тоненькой курточке, когда они зашагали по песку, а пронизывающий ветер с океана кусал ее за щеки и трепал волосы. Они шагали молча, и тишину нарушал лишь шум прибоя и скрип песка под ногами.
Когда они наконец укрылись за дюной, Керри-Энн продрогла до костей, и ей пришлось прижаться к боку Иеремии, чтобы окончательно не замерзнуть. Но она постаралась сделать так, чтобы они соприкасались лишь руками. Керри-Энн села на песок, поджав колени к груди. Ей не хотелось, чтобы у него вдруг зародились всякие фривольные мысли.
— Ты сказал, что вроде бы должен что-то объяснить? Ну так вперед! Я слушаю. — Ей хотелось закатить ему звонкую пощечину. Подумать только — исчезнуть на пять лет и не удосужиться даже позвонить за все это время! Но ее гнев куда-то испарился. Разве не были они родственными душами, она и Иеремия? Они оба не выдержали испытания жизнью. И он ничуть не более ее был виноват в том, что все так обернулось.
Он присел на корточки, по-прежнему не говоря ни слова. Она заметила, что он весь дрожит.
— Все та же старая история. Я просто вышел и задержался. Надолго. Очень надолго. — Он стал как бы коллективным голосом многих собраний, подобных сегодняшнему. — Какое-то время у меня не было даже крыши над головой. Я жил на улице, воровал, сутенерствовал и курил «крэк». Если бы не отец Том, сомневаюсь, что я выжил бы. — Иеремия пояснил, что отец Том — бывший священник, который заботится об уличных бродягах. — Он поместил меня в реабилитационный центр.
— Где, в Лос-Анджелесе? — Ей стало дурно при мысли о том, что в то время она могла запросто пройти мимо Иеремии на улице, скользнув взглядом по еще одному бездомному бедняге и даже не подозревая, что это мог быть он.
— Не-a, в то время я обитал в Фениксе. Но, как бы то ни было, отец Том потянул за нужные ниточки и пристроил меня в Хиллсдейл, государственный реабилитационный центр, что в Прескотте. Это, конечно, не номер «люкс», зато бесплатно, и там заправляют нормальные ребята. Через двадцать восемь дней я вышел оттуда новым человеком. — Он иронически рассмеялся, и она вполне понимала его, потому что то же самое произошло и с ней самой, только в другое время и в другом месте. Это было начало подъема на Эверест. — Я только что получил свой значок «90 дней». — Иеремия выудил из кармана монетку и положил ее на ладонь Керри-Энн.
— Поздравляю, — без намека на сарказм откликнулась она.
— Спасибо. — По его ровному, лишенному всякого выражения голосу она поняла, что он вполне отдает себе отчет в том, какой длинный путь ему предстоит.
— Ну, и чем ты теперь занимаешься?
— Ничего особенного — всего лишь стараюсь свести концы с концами. — Он выдернул жесткую травинку, пробившуюся сквозь слежавшийся слой песка. — Я работал на стройке, но недавно меня уволили. Пока я кантуюсь у приятеля в Эхо-Парке и пытаюсь найти работу.
— А как же твоя музыка?
Иеремия презрительно фыркнул.
— Моя музыка? Группа, ты хотела сказать. Давай посмотрим… Вейланд работает в «Офис Макс»[66], а Мазерски отбывает срок за торговлю наркотиками. Карлсон — единственный из нас, кому повезло. Его взяли в настоящую группу. Прошлым летом они работали на разогреве у «Бон Джови» на Голливудском бульваре. Впрочем, он всегда был единственным из нас, кто мог на что-то рассчитывать.
— Ты тоже был хорош! — Старые привычки умирают медленно — она непроизвольно встала на его защиту.
Он смотрел на нее, и губы его кривились в сардонической ухмылке.
— Неужели? Должно быть, именно поэтому ни один из агентов, которые приезжали послушать нас, ни разу даже не заговорил со мной. Эй, все нормально — все эти годы в глубине души я понимал, что мне не стать знаменитостью. Так что за мечтой я перестал гоняться довольно давно.
— Значит, ты проделал такой путь, чтобы рассказать мне все это?
— Нет. Я приехал, чтобы попросить прощения. И… — Он глубоко вздохнул. — Я знаю, что не заслуживаю этого, но я хочу увидеть Беллу.
66
«Офис Макс» — компания по поставкам офисного оборудования и канцелярских товаров в США.