Черкесы решили тренироваться все, даже недоучившийся мулла Бограт Шогенцуков. Зубер – старший брат будущего создателя кабардинского алфавита, не возражал, здоровое тело ни одному богослову еще не помешало. Вот и получилось тринадцать черкесов и шестеро унтеров, плюсиком одиннадцатилетний Ванька. Но Ванька только после обеда подключался.
Есть в Петербурге интересная лютеранская школа – училище святого Петра[11]. Еще при Петре немцы для своих детей при церкви создали. Интересная вещь, между прочим, там будет преподавать, позже, конечно, сам Ленц, а еще чуть позже сам Менделеев. Пришел Брехт на Немецкую или Миллионную улицу, где школа располагалась, Ваньку пристраивать, и с ходу наткнулся на еще одну легенду физики и механики. Экономике детей учил Иоганн Бекман. Какой уж из него экономист, Брехт не знал, а вот то, что этот человек придумал или придумает еще термин «механика» и сделает этот термин наукой, точно знал. Сам про него статью в журнал писал, пристал к нему директор гимназии как-то, что нужна от их учебного заведения статья в журнал, разнарядка. Болонская, мать ее, система. Статьи обязательны. Покопался в физиках, что преподавали в России, Брехт, и показалось ему, что этот подвижник вполне статьи достоин. А сейчас стоит в парике и улыбается.
– Гутен таг.
– И вам не хворать. Иоганн Фридрихович, дело у меня к вам есть. – А чего? Каспер с Черепановым, может, и гении самоучки, а тут такой налим сам в сети заплыл, пусть поможет ребятам пресс и молот нормальный спроектировать. А потом и на нормальный токарный станок, с массивной станиной и двумя бабками, можно замахнуться. Налимы они такие. Жирные.
– Жирные! Жирные старые свиньи, вот вы кто, ни один не может сделать выход силой и подъем переворотом, – Брехт смотрел, как его воинство будущее болтается на турнике, как сосиски.
– Ваше превосходительство, так а вы не жирные? – это болтающийся сейчас мулла спросил. Кто другой, так можно и в лобешник бы засветить, а тут служитель культа. Опять же светоч культуры братского народа будущий.
– А ну, геть со снаряда. Учитесь, пока жив.
Ох, мать твою! За лето и правда килограммов набрал бохато. Зимой в Студенцах спокойно все исполнял, а сейчас пришлось зубы стиснуть, но по пять раз того и другого сделал, и спрыгнул после красивой склепки с турника.
– Уууу! – сказал отряд.
– А теперь сотня отжиманий. Раз. Раз. До конца опускаемся. Два, черт с вами. Два. До конца.
Глава 26
Событие шестьдесят девятое
Если рыцаря ударить по левой щеке, то он… упадет на правый бок.
Рыцарь – королю:
– Сир, я славно потрепал ваших врагов на западе!
– Но у меня никогда не было никаких врагов на западе!
– Теперь есть, сир.
Так все пафосно, что даже смешно. Взрослые дядьки, которые занимают очень ответственные государственные должности, не расстались с детством. Няньки или француз гувернер читали им сказки французские на ночь и рыцарские романы, мальчики мечтали стать такими, как в книжках, отважными рыцарями, а теперь вот выросли, да даже постарели в основном, и тут Павел их мечту детства помог осуществить. Всех желающих в России сделал рыцарями ордена… Кстати, прикольно, сама должность Великого Магистра или Гроссмейстера переводится на русский язык: «Его Самое Выдающееся Высочество». В России еще и название взяли переврали, причем по дороге, надо полагать, в ересь впали, выдумали несуществующего святого и его именем назвали орден рыцарский. И все это по непонятной причине. Ладно бы это при Сталине или Брежневе произошло, когда ничего про святых уже не знали и языками не владели, но сейчас-то все дворяне тремя-четырьмя языками владеют, а многие и под десяток языков знают, и такой ляп. Орден в России называют «Мальтийским орденом святого Иоанна Иерусалимского». Такого святого нет. На самом деле орден называется «Орден братьев иерусалимского госпиталя святого Иоанна Крестителя. Иоанн Креститель – Предтеча Господа. Этот святой. Кроме этой ереси еще и ошибка перевода. Кратко называют орденом госпитальеров (des hospitaliers). А называется орден, если уж на латыни (l’Ordre hospitalier), и это переводится – Странноприимный орден.
Ну, да ладно, скоро Александр, один черт, чтобы не ссориться с англичанами, снимет с себя полномочия все и вообще разгонит это сборище ненаигравшихся детишек. И правильно разгонит. Никакого толка от него без Мальты нет, а Мальту англичане даже по Амьенскому мирному договору 1802 года не вернут. По этому договору стороны освобождали некоторые территории, занятые во время войны. Англия должна была в обязательном порядке вывести свой гарнизон и покинуть остров Мальту, который должен быть возвращен Ордену святого Иоанна Крестителя, и прекращала ведение военных действий. Можно порадоваться. Ведь руководство ордена в России пока. Вот только наглы, ну, надо же, оказались хитрыми. Бывает же?! Вот же ж?!
11
«Петришу́ле» (