— Декстер, а что он тут делает?
Когда я открыл рот для сердитой отповеди, до меня дошло: вопрос и впрямь очень важный. Не «что Худ делает в Ки-Уэсте» — он, несомненно, поехал за мной, желая убедиться, что я не украду лодку и не удеру на Кубу. Отчасти я этого ожидал. Но вместе с ним приехал и кто-то другой и совершенно однозначно прикончил Худа. Это оказалось куда неприятнее, поскольку теоретически невозможно. Если только отбросить версию о чудовищном совпадении и о незнакомце, убившем Худа, повинуясь мимолетной причуде, а потом, по невероятному стечению обстоятельств, случайно бросившем труп в моем номере. Оставался лишь один человек на свете, который мог это сделать.
Кроули.
Конечно, он предположительно уже мертвец, а значит, слишком занят, чтобы учинить нечто подобное. Но если он почему-то жив… как он меня разыскал? Как узнал, что я в Ки-Уэсте, в этом отеле, в этом номере? Он угадывал каждый мой шаг еще до того, как я успевал его сделать. Он выяснил даже номер комнаты. Как?
Коди попытался пробраться мимо и посмотреть поближе, но я жестко оттеснил мальчика к двери.
— Стой там, — приказал я и полез за мобильником. Если я и не сумею выяснить, каким образом Кроули постоянно оказывается впереди, то по крайней мере узнаю, жив ли он. Я набрал номер. Три коротких гудка — и наконец бодрое «Алло».
— Брайан, — сказал я. — Прости за странный вопрос, но… э… ты сделал то, что должен был сделать вчера?
— А. Да, — ответил он, и даже по телефону я различил неподдельную радость в голосе брата. — И в общем, отлично провел время.
— Тыуверен? — спросил я, разглядывая мертвое тело, которое некогда было Худом.
— Знаешь, это действительно странный вопрос, — согласился Брайан. — Конечно, уверен, братец, я ведь там был.
— И никакой ошибки?
Возникла пауза, и мне показалось, что связь оборвалась.
— Брайан?
— Ну… — протянул он, помедлив. — Забавно, что ты спрашиваешь. Э… тот джентльмен все время это повторял. Твердил, будто я совершаю ужасную ошибку. Вроде как его приняли не за того. Честно говоря, я не особо слушал.
Кто-то толкнул меня в спину.
— Декстер, — позвала Эстор, нажимая посильнее, — мне ничего не видно.
— Минуту, — огрызнулся я и снова отодвинул детей к двери. — Брайан, ты можешь описать этого… джентльмена?
— До или после? — уточнил брат.
— До.
— Та-а-ак. Лет сорок пять, рост примерно пять футов десять дюймов, весит фунтов сто шестьдесят, светлые волосы, чисто выбрит, маленькие очки в золотой оправе.
— Хм… — промычал я. Кроули был примерно на тридцать фунтов тяжелее, моложе и с бородой.
— Все в порядке, брат? Ты как будто слегка расстроен.
— Боюсь, не все, — ответил я. — Кажется, твой джентльмен был прав.
— О Господи, — произнес Брайан. — Я ошибся?
— Похоже на то.
— Ну ладно, — подытожил Брайан. — Que sera[20].
Эстор снова меня ткнула.
— Декстер, ну же! — потребовала она.
— Мне пора, — окончил я разговор.
— Но я хочу знать, что натворил, — заявил Брайан. — Перезвони.
— Если смогу, — пообещал я, убрал телефон и повернулся к детям. — А теперь вы оба выйдете и подождете в коридоре.
— Но, Декстер, — завопила Эстор, — мы еще ничего не видели!
— Какая жалость, — твердо произнес я. — Но ближе подходить нельзя, пока не приедет полиция.
— Нечестно, — сказал Коди, делая фирменную жалобную гримасу.
— Такова жизнь. Но это моя работа, — предупредил я, подразумевая, конечно, обследование места преступления, а не сами преступления. — Нужно оставить все как есть, ничего не трогать и позвонить в полицию.
— Мы только посмотрим, мы ничего не будем трогать, — взмолилась Эстор.
— Нет! — отрезал я, подталкивая обоих к двери. — Ждите в коридоре. Я выйду через минуту.
Им, конечно, это не понравилось, но они вышли, напоследок попытавшись еще разок взглянуть на кушетку в гостиной. Но я выпроводил обоих в коридор, запер дверь и сам пошел посмотреть повнимательнее.
Никто никогда не назвал бы Худа красивым мужчиной, но теперь он выглядел просто отвратительно. Язык торчал между сломанными зубами, а уцелевший глаз побагровел— бесспорно, в результате чертовски сильного удара, и я сомневался, что Худ долго страдал. Как несправедливо.
Я опустился на колени рядом с кушеткой и заглянул под нее. Ни оброненных впопыхах ключей, ни носовых платков с монограммой — но я и не нуждался в подсказке, чтобы понять, кто тут побывал. Я и так знал. Но все же мне хотелось понять, каким образом он попал сюда. Под кушеткой с дальней стороны я кое-что увидел, подошел и осторожно вытащил, чтобы разглядеть. Это оказалась большая сувенирная пиратская шляпа с приделанной черной повязкой на глаз. Внутри лежала свернутая красная бандана. Даже не прикасаясь к ней, я понял — на бандане кровь. Маскировка, чтобы прикрыть раны и завести Худа в отель?