— Может, тогда сперва отработаем мои ответные сцены?
Режиссер и Тони обернулись.
— Ли, я тебя не заметил.
— Кажется, сейчас безопаснее держаться в тени, — улыбнулся Николас.
Тони открыл было рот, чтобы спросить, как артист себя чувствует, но промолчал. Место неподходящее. Они же не были… друзьями.
— Сордж! — Оператор-постановщик поднял голову. — Чтобы сделать ответные снимки Ли, понадобится менять освещение? — спросил Питер.
— Вряд ли.
Когда Сордас двинулся в сторону постановочного офиса, Питер кивком указал на заметки, торчащие из кармана Тони, и спросил:
— Ты можешь читать Ли реплики Мэйсона?
Тони перешел от восторга к депрессии меньше чем за секунду. Наверное, новый рекорд.
— Не могу.
— Почему?
Парень не смотрел в глаза Ли.
— Мне нужно сделать кое-что для Арры.
— Сейчас?
От ощущения, что ворота наливались силой, у юноши стали подрагивать глазные яблоки. Он бросил взгляд на часы.
— Через три минуты. Она говорит, что для спецэффектов нужно время.
— Хорошо. Как угодно. Иди. Ли — на площадку. Адам!..
Первый ассистент режиссера перестал разговаривать со звукооператором, которого Тони никогда раньше не видел. Похоже, Хартли не оклемался к утру.
— Проследи, чтобы эта орава заткнулась, когда я велю молчать.
Тони пошел к лампе, стараясь скрыть свою боль.
За его спиной Питер крикнул:
— Тишина, пожалуйста!
Голос Адама заглушил продолжающуюся болтовню фанатов:
— Если вы будете молчать, пока я не дам команды, то после съемки Мэйсон сфотографируется с вами.
Болтовню как будто выключили.
— Внимание!
В последний миг констебль Элсон успел ухватиться за вешалку и удержаться на ногах, завершая свой случайный танец с истрепанным старомодным бальным платьем.
— По-моему, это нарушение техники пожарной безопасности, — пробормотал он, выпутываясь из бедной серой тафты, обмотавшейся вокруг ног.
— Уверяю вас, констебль, с этим все в порядке.
— Тут просто негде развернуться.
Элсон сделал шаг назад. Рукоять дешевой поддельной сабли ткнула его в зад. Он прыгнул вперед и чуть снова не запутался в тафте.
— Тут есть проход, хотя и узкий. Начальник пожарной охраны дал добро.
У начальника пожарной охраны был сын, стремящийся сделать карьеру на телевидении, но Чи-Би не видел смысла упоминать об этом.
— Вход в звуковой павильон находится чуть дальше.
Вообще-то до двери оставалась всего пара дюжин шагов, но заметить ее можно было, только завернув за угол и пройдя мимо стойки с белыми костюмами спецзащиты. Раньше они использовались в другом сериале, но тот закрылся. Чи-Би купил их по дешевке и велел сценаристам как-нибудь задействовать. Пока поступали отнюдь не звездные идеи, но Бейн знал, что рано или поздно один из обитателей загона придумает что-нибудь полезное. Ведь бесконечное множество обезьян способно написать «Гамлета»…[64]
Босс взялся за ручку двери, когда прозвенел звонок и загорелся красный свет.
— Почему мы остановились?
— Камеры работают, — ответил Бейн, слегка повернув голову к констеблю Данверс. — Придется подождать.
— Долго?
— Пока режиссер не решит, что снял все, — пожал плечами Чи-Би.
— Джек!..
Данверс повернулась к партнеру. Тот покачал головой:
— Нет. Мне надо осмотреть павильон звукозаписи и снова перемолвиться словечком с мистером Фостером.
— Мы могли бы сюда вернуться.
Элсон скрестил руки на груди.
— Мы уже здесь.
Он истолковал выражение лица коллеги как: «Ты не был бы и наполовину таким одержимым, если бы речь шла не о телевидении». Наверное, она была права. Телевидение, пребывающее в домах двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю, оставалось загадкой. Если к ней добавить еще одну, то против такого никто не сможет устоять. Хотя шансы, что он действительно что-то раскопает, были скудными. Элсон не стоял бы сейчас здесь в ожидании, пока его впустят в павильон звукозаписи, если бы Чи-Би считал по-другому.
Топот бегущих ног — кто-то мчался между костюмами — заставил всю троицу повернуться в ту сторону, откуда они пришли.
64
Имеется в виду следующая теория: если посадить бесконечное множество обезьян за пишущие машинки, то одна из них, наобум колотя по клавишам, рано или поздно наберет текст «Гамлета».