– Постой! – вскричал Дэвид.
– Остановите его! – воскликнул Питер.
– Харви! – крикнул Мартин. – Хар… Нет! Это бесценная вещь!
Ваза эпохи Мин соскочила со своего пьедестала и повисла в воздухе. Люди в комнате застыли в причудливых позах, наполовину сидя, наполовину стоя. Мартин умоляюще простёр руку к вазе. Эта сцена длилась считанные секунды, а затем голос выкрикнул:
– Раз так – ловите! – И ваза по дуге полетела в центр комнаты.
Все бросились к ней с вытянутыми руками, сталкиваясь друг с другом, а ваза грохнулась об пол. Все уставились на четыреста тысяч долларов, превратившихся в мелкие осколки, а входная дверь захлопнулась.
45
Пока тринадцать преследователей носились повсюду, перелаиваясь между собой, как свора гончих собак, Фредди обошёл здание снаружи, ощущая глубокую и всепоглощающую грусть, совершенно не свойственную его жизнерадостному характеру. Ему приходилось постоянно напоминать себе, что насилие не входит в его обычный MO.[117] Сейчас он бы с удовольствием разгромил что-то посолидней, чем дурацкая ваза, пригодная лишь для того, чтобы бросать туда старые монетки.
Фредди пока не мог сбежать, он застрял тут на некоторое время. Люди продолжали суетиться, шарили в кустах мётлами и бильярдными киями, искали выдающий Фредди шар с шампанским и иногда его замечали, крича: «Вот он! Вот он!». И Фредди был вынужден снова скрываться.
Не стоило пить шампанское. Плохие новости обрушились на него слишком внезапно – вот причина. Осознание того, что с ним сделали и почему.
Во-первых – Фредди не мог это чётко обрисовать, но инстинктивно понимал – дело было в классе. Не в сексуальной ориентации, это как раз ни при чём. Эти двое докторов поступили с Фредди так, как они не поступили бы ни с кем, кого посчитали бы равным; неважно, тянет человека к своему полу, противоположному или вообще не тянет. Они рассматривали Фредди как представителя низшего класса, оборванца, маргинала, или что-то в этом роде, и считали себя вправе обращаться с ним как угодно, поскольку цивилизованные правила тут не применялись.
Именно так. Цивилизованные правила распространялись лишь на тех, кто говорил, как они, имел образование, читал те же газеты и журналы, разделял их взгляды – в том числе взгляды на таких людей, как Фредди. Осознание того, что тебя использовали не на благо науки, не потому, что не было другого выбора или так выпал жребий, а только потому, что ты – отброс общества, могло привести безобидного парня очень близко к грани его обычного MO. К такому следовало привыкнуть.
Во-вторых – Пег. Они с Пег и так вот-вот разъедутся из-за того, каким стал Фредди, но они исходили из того, что это временная проблема, и рано или поздно он станет самим собой. А теперь что? Как он сможет сказать Пег, что никогда больше не будет собой? Ей придётся вычеркнуть его из своей жизни, ведь так? Она уйдёт от него, найдёт другого парня, на которого можно будет смотреть через стол со свечами. Фредди останется совсем один.
А он сейчас не в том положении, чтобы заводить знакомства с девушками.
Люди из дома, вероятно, пришли к выводу, что Фредди сбежал. Но он пока не мог, да и не хотел уходить. Куда-то идти, что-то делать – нет, только не после того, что он узнал.
Фредди продолжал блуждать поблизости, ожидая, пока шампанское усвоится – оно не улучшило его настроения и в придачу наводило преследователей на его след – и наткнулся на бассейн позади дома. Почему бы не спрятаться там вместе с шампанским и не подождать, верно? Так он и поступил. Осторожно скользнув в воду, Фредди принялся бесцельно плавать кругами.
Это заметил Кёртис, художник-декоратор. К тому времени все вернулись в дом, забаррикадировались там и стали решать, что делать дальше.
Остался ли человек-невидимка где-то на территории поместья? Если да, то не собирается ли он ужасно отомстить Питеру и Дэвиду за то, что они с ним сделали? А если у него и правда такие намерения, ограничится ли он возмездием Питеру и Дэвиду, которые в общем-то заслужили гнев этого парня – «Спасибо, но я с этим не согласен» – или примет драконовское решение, мол, друг моего врага – мой враг, и обрушит свою ужасную месть на всю компанию без разбора?
– Ещё тридцать четыре человека приглашены на сегодняшний вечер, – напомнил Роберт. – Надо сказать, вы двое подкинули нам немало забот.
– Ты же сам хотел, чтобы он сюда приехал, – сказал Питер, а Дэвид добавил:
– Вы все думали, что это какая-то шутка.
117
Modus operandi – «образ действия» (лат.). Термин чаще всего используется в криминалистике, при описании характерных методов и действий преступника.