Продолговатый торговый зал имел примерно двадцать пять футов в ширину и шестьдесят в длину, потолок почти полностью состоял из включённых люминесцентных ламп. По обеим сторонам помещения и по центру тянулись три ряда кабинок с невысокими перегородками, отделяющими каждого торговца, его стол, сейф и витрину от соседей. Напротив каждой кабинки стояли деревянные стулья без подлокотников для клиентов. Посетители и сотрудники службы безопасности бродили туда и сюда по двум проходам. Торговцы в своих кабинках торговались, читали книжки в мягких обложках, разговаривали по телефону, складывали ряды чисел или рассматривали крошечные драгоценные камни через лупу.
Прибыл лифт – он оказался совсем крошечным. Даже двоим было бы нём тесно. Из лифта вышли двое, подёргивая плечами и поправляя одежду после поездки в неприятной тесноте, а бывший приятель Фредди зашёл в кабину и в гордом одиночестве поднялся – или, возможно, спустился – на какой-то другой этаж биржи.
Людской поток в продолговатом зале перемещался свободно и неформально, но в основном против часовой стрелки: от двери сразу направо, затем обратно, потом снова вперёд по левому проходу и так далее. Отдельные посетители делали краткие заплывы против течения, переходя от одного торговца к другому, но бо́льшая часть потока двигалась в одном направлении.
Фредди это было на руку. Он влился в толпу, двигаясь в общем темпе, почти вплотную прижимаясь то к одному, то к другому человеку, чтобы его не толкнули сзади. И на ходу он подмечал, мимо чего проходит.
Драгоценные камни. Голубые сапфиры, зелёные изумруды, красные рубины. Голубая бирюза, зелёный нефрит, красный гранат. Пурпурный аметист, чёрный оникс, фиолетовый александрит. Переливающийся опал, кремовый халцедон, жемчуг тысячи оттенков белого.
Но Фредди волновали алмазы и только алмазы. Мерцающие и мигающие за стеклом витрин, лежащие группками или в одиночном величии на войлочных подложках, пересыпающиеся, словно песчинки волшебной лунной пыли, из ладони в ладонь; крохотные твёрдые сгустки света, бесцветные, но наполненные цветами, огранённые, идеальные, чистые, дивные.
Фредди обошёл торговый зал, привыкая к обстановке, и к тому времени, как он вернулся ко входу, он чувствовал себя столь свободно и уверенно, что походя похлопал по плечу похожего на головореза охранника. Тот повернул голову, огляделся, никого не увидел и отмахнулся от несуществующей мухи.
Затем Фредди наметил цель. Слева, недалеко от входа, двое торговцев вели разговор между собой, а также с сидящим перед ними клиентом. Торговцы вставали, общаясь через стенку кабинки, садились, снова вставали, чтобы передать лоток с камнями или забрать его обратно. Покупатель рассматривал товар, обсуждал, обращаясь то к одному, то к другому торговцу. Это продолжалось довольно долго; похоже сделка, когда она наконец состоится, будет на кругленькую сумму, и все трое участников глубоко погрузились в процесс.
Кроме того, место находилось рядом дверью, с левой стороны, где поток посетителей стремился к выходу. А возле правого локтя торговца стояли несколько лотков с маленькими изысканными бриллиантами.
Фредди сделал ещё один круг по залу, отчасти привыкая двигаться в потоке, отчасти высматривая другие варианты, что могли пригодиться сейчас или позже. Но ничего подходящего во время этой вылазки на глаза ему не попалось. Поэтому, снова поравнявшись с теми двумя торговцами, Фредди встал возле пустого стула, облокотился на переднюю стенку кабинки и, прислушиваясь к разговорам на иностранных языках, трещащих вокруг него, как жареный попкорн, поджидал нужного клиента. Он уже заприметил её, и теперь оставалось только подождать.
Бо́льшая часть посетителей, но не все, были мужчинами – от бледных остроносых подростков, до морщинистых старцев с обвисшими щеками. Большинство – профессионалы; покупатели в той же мере, что и продавцы, ведь они приобретали камни для перепродажи в своих магазинах или по заказу частных клиентов. Немногочисленные «частники» были богачами, обычно в сопровождении ювелира, который подчёркивал особый статус своих клиентов, приведя их сюда, на оптовую биржу. «Частники» с первого взгляда отличались от торговцев – они были нетерпеливы, рассеяны и пышно одеты. Несколько торговцев-женщин носили коричневые или чёрные шёлковые платья с дорогими, со вкусом подобранными украшениями, и выглядели сурово.
Одна женщина из «частников» давно привлекла внимание Фредди – именно она поможет ему выбраться отсюда – и вот она как раз приближается. Её сопровождал высокий учтивый мужчина в чёрном, владеющий, по-видимому, нидерландским, идиш, немецким, французским и английским, на котором, впрочем, изъяснялся с сильным голландским акцентом. Женщине было около пятидесяти, круглая и плотная, как пивной бочонок, с вьющимися волосами цвета «Пепто-Бисмола»,[15] и в таком ярком сверкающем наряде, что в нём можно было читать в темноте.
15
«Пепто-Бисмол» – лекарство от нарушений пищеварения, обычно в виде жидкости или таблеток ярко-розового цвета.