Фиорентино предложил проект: серию «Знаменитые преступления» для издательства «Керар», придумывать не надо, только обработать материалы, в деле еще три писателя: Огюст Арно, Пьер Фурнье и Фелисьен Мальфий. Получилось восемь томов за три года (1839–1841), из двадцати новелл Дюма написал двенадцать: «Семейство Ченчи», «Маркиза де Бренвилье», «Карл Занд», «Мария Стюарт», «Маркиза де Ганж», «Борджиа», «Урбен Грандье», «Кровопролития на Юге», «Графиня де Сен-Жеран», «Жанна Неаполитанская» и «Железная маска» плюс старый очерк «Мюрат». Сборник хорошо расходился и был оценен критиками: сделано добросовестно, с анализом. В «Железной маске» Дюма разобрал все версии: «В театре автор… следует своему замыслу и отвергает все, что его стесняет или ему мешает. Книга же, напротив, издается, чтобы возбудить спор. И мы представляем читателю фрагменты процесса, в котором еще не вынесен окончательный приговор и, вероятно, никогда вынесен не будет…» Признался, что предпочитает ту, согласно которой под маской скрывали брата-близнеца Людовика XIV, но навязывать ее не стал.
Но о чем еще писать? Как люди умудряются выдумывать истории? Тейлор и Доза до сих пор не удосужились сделать книгу о путешествии в Египет десятилетней давности, Доза его описал, но для себя; получив согласие Доза, Дюма сделал по его запискам книгу «15 дней на горе Синай», дополнив ее очерками о походах Людовика Святого и Наполеона. «Дюмон» выпустил иллюстрированное издание, книга переиздавалась 30 раз, и французы использовали ее как путеводитель. В 1932 году журналист Ж. Карре заявил, что Дюма «все переврал» и «украл» авторство у Доза; но имя Доза в книге стоит, а автор послесловия к русскому изданию М. Б. Пиотровский отметил, что работа точная и ошибок в ней не больше, чем у любого исследователя.
Где еще взять материал? История Марии Стюарт увлекла, начал писать хронику «Стюарты». Еще вариант: тему дает картина или скульптура. Вспомнил, как в 1835 году в Италии понравилась живопись художника-самоучки, разыскал его биографию, написал повесть «Мэтр Адам из Калабрии»: в одном селе художник нарисовал Мадонну, которая вдруг заговорила и посоветовала жителям прогнать полицейских, ищущих бандита Марко (любящего дочь художника); полиция почуяла подвох, художника чуть не казнили, Марко спас его. «Дюмон» должен был издать книгу в 1840 году, но подсуетилось бельгийское издательство «Мелин и Кан» и напечатало ее, не заплатив; с 1839 года множество его книг выходило в Бельгии прежде, чем дома, и далеко не всегда ему удавалось заключить с ушлыми бельгийцами договор.
Под конец года он написал книгу «Капитан Памфил»: отчасти компиляция из старых рассказов о животных, но прелестная: на такой теме всегда раскрывался его дар юмориста. О покупке черепахи: «Меня тронуло выражение глубокого смирения несчастного животного: подвергаясь осмотру, оно даже не пыталось укрыться под своим щитом от бесчеловечного гастрономического взгляда неприятеля… Это была простая черепаха самого заурядного вида: testudo lutaria, sive aquarum dulcium, что означает черепаху болотную или пресноводную. Так вот, черепаха болотная или пресноводная занимает в своем семействе ту ступень, которая у людей гражданских принадлежит лавочникам, а у военных — национальным гвардейцам. Впрочем, это была самая странная черепаха из всех, когда-либо просовывавших четыре лапы, голову и хвост в отверстия панциря. Едва почувствовав под ногами пол, она доказала свою самобытность: направилась прямо к камину с такой скоростью, что мгновенно получила имя Газель…» По этой книжке можно видеть, как много Дюма читал и какая громадная у него была эрудиция: животных он классифицировал по Плинию, Линнею, Кювье, Бюффону и по англичанину Рею и объяснил, чем классификации различаются; изложил историю открытия Северного полюса и освоения Америки — какой бы пустяк он ни писал, в нем сидела тяга к просветительству. А «Памфил» — не пустяк: основную часть книги занимает история, при чтении которой, если не знать автора, назовешь Марка Твена с его гремучей смесью черного юмора и политической сатиры.
Капитан Памфил — британский авантюрист, среди белых его репутация подмочена, и он решил облапошивать народы попроще, морочил голову индейцам, неграм, «спекулировал на всем — чае, индиго, кофе, треске, обезьянах, медведях, водке и гонакасах, — ему осталось купить себе королевство». Он купил его за ящик водки у народа москито (выдуманного Дюма), приехал в Англию, открыл консульство, торговал чинами и орденами. «Как-то после обеда при дворе кацик[14] решился заговорить о займе в четыре миллиона. Королевский банкир — ростовщик, ссужавший деньгами всех монархов, — услышав эту просьбу, с жалостью улыбнулся и ответил, что он не сможет занять меньше двенадцати миллионов, поскольку все коммерческие сделки на сумму меньше названной предоставлены темным дельцам и частным посредникам. Кацик сказал, что это его не остановит и он вполне может взять двенадцать миллионов вместо четырех… И все же существовало одно условие sine qua non. Кацик вздрогнул и спросил, что это за условие. Служащий ответил, что это условие — дать конституцию своему народу. Кацик был ошеломлен этим требованием; не то чтобы он испытывал хотя бы малейшее отвращение к конституции (он знал, чего стоят эти сочинения, и дал бы дюжину таких за тысячу экю, а тем более одну за двенадцать миллионов)…»