Католикос Пилипос построил в нашем селе, близ св. Престола, две маслодавильни из обожженного кирпича. После сооружения ограды вокруг св. Престола обе они оказались внутри нее. Одна маслодавильня обрушилась, и мы ее снова построили из дерева в 1216 (1767) году. Обе действуют и находятся во владении св. Престола.
У св. Престола есть еще даинхана, то есть давильня, где выжимают масло из кунжута. Она находится в нашем селе, близ св. Престола, в нашем караван-сарае. Она действует и находится во владении св. Престола.
Кроме того, на южной стороне св. Престола, рядом с ним, на канкане нашей мельницы, наш заместитель вардапет Мкртыч построил недавно, в 1216 (1777) году, хлопкоочистительное заведение. Это здание с двумя станками для очистки хлопка, которые приводятся в движение силой воды нашего канкана.
Это предприятие действует и находится во владении св. Престола.
ГЛАВА 18
в которой описываются принадлежащие св. Престолу воды, каналы и водоемы, указано их количество; где они находятся, когда и кем приобретены и прочее
Мы уже несколько раз говорили, что когда наша страна находилась под властью иноплеменных [завоевателей] и католикосский престол был переведен в Сис, исчезло тогда благоустройство и благолепие св. Престола, и он опустел на долгое время. Когда же по милости бога католикосы снова вернулись сюда, то со времени Григора Маквеци, особенно при блаженных католикосах Мовсесе и Пилипосе, в св. Престоле стал восстанавливаться старый порядок, хотя и не в такой мере, как было при наших царях.
Следовательно, все, что было сказано о других угодьях [св. Престола], относится и к его водам. Как первоначально обстояло дело с водой, нам неизвестно, но когда св. патриарший престол занял блаженный Пилипос, он, кроме многих других благодеяний, совершает следующее великое и похвальное дело. Из недр нашей горы Арагац, с противоположной стороны, вытекала река, воды которой достаточно для [работы] восьми мельниц. Она называется по-турецки водой Гёзал-дары [“Прекрасного ущелья”]. Река эта текла по Шираку и впадала в Ахурьян [Арпа-Чай]. Сей блаженный католикос с большим трудом и издержками направляет воды этой реки в нашу сторону и соединяет с нашей рекой Касах. [Этой водой] и орошается наша равнина. После этого он подает шаху Аббасу II прошение, в котором говорится: “Наша страна страдала от недостатка воды. Я провел от такой-то горы столько-то воды, которая текла в чужое государство[391], и присоединил к воде нашей равнины, что весьма полезно для земледелия и государственных доходов. Однако нам эта вода никакой пользы не приносит, ибо поселяне, завладев водой, отводят ее на свои поля в избытке, и нам остается недостаточно”. Пишет, между прочим, и о других своих полезных делах. Хан страны по имени Хосров со своей стороны свидетельствует о полезных делах католикоса и подтверждает написанное им. Затем он пишет особый указ населению нашей страны и строго приказывает: “Вода реки Касах, сколько ее есть, должна быть разделена на две равные части. Одна часть назначается Престолу Эчмиадзина и его селу, а другая часть — остальным, селам равнины. Никто да не посмеет отступать от этого правила”. Издав этот указ, хан нашей страны, которого звали Хосровом, и много других вельмож из мусульман и армян отправились вместе с католикосом Пилипосом к запруде, [перегораживающей] реку в конце ущелья Ошакана, выше села: Хаджигара, там, где вода вступает на широкую Вагаршапатскую равнину и расходится по разным направлениям. Это место и теперь называется Банд [“Запруда”]. Здесь большими; каменными плитами перегораживают русло реки и всю ее воду делят на две части; ту часть, которая течет к западу по руслу реки, отводят тем селам равнины, которые входят в округ Карпи, а другую часть, которая течет к востоку, особым каналом отводят св. Престолу и соседнему с ним нашему селу. С тех пор этот порядок твердо устанавливается и становится известным каждому в стране Ереванской. Он существует и поныне, так что, если спросишь даже женщин и детей, все они окажут, что половина воды [реки Касах] принадлежит Эчмиадзину, а другая половина — населению. Был ли этот важный и полезный указ шаха Аббаса отдан Престолу или остался у хана и таким образом исчез, или же был потерян в св. Престоле — я не знаю. Мы его не нашли, хотя искали тщательно. Увы, увы! Перо отказывается писать и заставляет обрывать речь. Указ этот был написан в 1060 году мусульманской эры. Хотя иногда мусульмане, владельцы и жители других сел, ропщут и пробуют судиться с нами, чтобы получить для себя больше воды, однако не осмеливаются открыто с нами бороться ввиду незыблемости [установленного] порядка. Например, при католикосе Александре Джугаеци, в 1121 году мусульманской эры, некоторые села задумали получить лишнюю против нормы воду. Тогда поселяне нашего села вместе с поверенным св. Престола подают сидевшему тогда в Ереване. Мехр-Али-хану прошение, в котором говорится: “У нас издавна есть указ, и все знают, что половина этой реки принадлежит нам, а другая половина — остальным селам; а теперь крестьяне [из других сел] хотят брать больше”. Пять знатных мусульман — мираб[392] Сефи-Кули, Мухаммад, Садык, Хасан и мелик Автандил пишут под прошением: “Мы знаем и свидетельствуем, что в самом деле половина реки принадлежит селам, а половина — Эчмиадзину”. Это свидетельство они скрепляют своими печатями. Тогда на верху прошения хан пишет приказ о том, что никто не имеет права касаться воды Эчмиадзина, и скрепляет его печатью.
391
Прим. ред. Эта река протекает по Шираку, который согласно договору, заключенному между Ираном и Турцией в 1639 г., находился под властью Турции.