А Чарли уже бывал на трибуналах. Соединённые Штаты — светская страна. Тут никогда не было ничего похожего на старинные испанские аутодафе. Эти трибуналы, с заранее написанными вердиктами, были очень на них похожи.
Преступная небрежность. Невыполнение служебных обязанностей. Пренебрежение должностными обязанностями. Во время прошлой войны, во время любой войны, подобные обвинения подорвали бы карьеру любого офицера, даже если бы их не удалось доказать. Судьям потребовалось лишь несколько минут, чтобы объявить обоих мужчин виновными и вынести меру наказания — смертная казнь путём расстрела.
Невзирая ни на что, Уолтер Шорт был ошеломлён.
— Что? Вы не можете так поступить! — выкрикнул он.
Адмирал Киммел понурил голову. Он-то прекрасно знал, что могли. Может, он и не ожидал этого, но допускал такую вероятность.
— Вынося вам приговор, мы тем самым напоминаем другим офицерам, состоящим на службе Соединённых Штатов, о том, что они должны всегда и при любых обстоятельствах выполнять служебные обязанности, — заявил тот судья, что объявлял приговор.
— Pour encourager les autres[155], - пробормотал Киммел.
— Прошу прощения? — переспросил судья. — Я не говорю по-французски.
— Не важно, — ответил адмирал Киммел.
Чарли был уверен, что он прав. Скорее всего, судья никогда не слышал об адмирале Бинге[156]. Вероятнее всего, он и о Вольтере никогда не слышал.
— Это возмутительно! — Уолтер Шорт определенно был возмущён. — Я буду обжаловать это… эту пародию на правосудие!
Строго говоря, именно так оно и было. И всё же, Чарли был уверен, что апелляция генерала Шорта не принесёт тому ни цента выгоды. Судья этого не говорил, по крайней мере, не такими словами.
— Да, у вас есть право на обжалование, — сказал он. — Президент лично ознакомится с материалами заседания и вынесет своё решение по всем апелляциям по этому делу.
— Ох, — тихим голосом произнёс Шорт.
Реальность внезапно обрушилась на его голову, подобно жёлудю, а может, всему небу, рухнувшему на Цыплёнка Цыпу[157]. Он не смог бы избавиться от обвинений за Перл-Харбор. Заслужил он их или нет, но они на него обрушились. Хазбенд Киммел додумался до этого раньше.
В итоге, апелляцию подали оба. Киммел, должно быть, решил, что терять ему больше нечего, и кто мог его в этом винить? И добиваться ему было нечего. Как и Уолтеру Шорту. Джо Стил отклонил обе апелляции и оставил приговор трибунала без изменений.
Чарли не ходил смотреть на казнь. В этот раз никто не платил ему за то, чтобы он смотрел на человеческую смерть. Когда он ходил, его тошнило. Да, некоторые умирали храбрее других. Но, что это решало? И храбрые и не очень храбрые, в итоге, оказывались одинаково мертвы.
До Белого Дома дошёл слух, что и Киммел и Шорт приняли смерть отважнее многих.
— Я расстрелял их не за трусость, — сказал Джо Стил. — Я расстрелял их за глупость — намного более серьёзный просчёт для офицера.
Его трубка посылала дымовые сигналы. Ни Чарли, ни кто бы то ни было из других помощников президента, не нашёл, что на это ответить.
XVII
Майк приближался к административному зданию лагеря с трепетом. "Нет, мать вашу. Я писатель, забудь о причудливых словечках, — думал он. — Я приближаюсь к этому месту со страхом". Как и у любого другого вредителя, у него имелись свои резоны держаться как можно дальше от административного здания. Там полно гбровцев, и никто в здравом уме не захочет иметь никаких дел с этими ублюдками.
Под ботинками хрустел снег. Воздух, которым он дышал, щипал ноздри. Майк выдохнул облако пара. Было чертовски холодно. И темно. Лагерь находился на широте Бангора, штат Мэн, что далеко на север от Нью-Йорка, к циклам которого он привык. С приближением зимы, ночь обрушивалась рано и оставалась надолго.
Ничего удивительного в том, что административное здание находилось рядом со штрафным бараком. Ребятам из ГБР было необходимо приглядывать за теми невезучими дураками, которых они замариновали. Также, не было ничего удивительного в том, что в административном здании, в отличие от всего остального лагеря (не считая прожекторов на сторожевых вышках), имелось электричество. Внутри пыхтел бензиновый генератор. Его звук был похож на тарахтящий вхолостую двигатель грузовика.
Когда Майк вышел из тьмы под луч света лампы над входом, охранник в меховой шапке нахмурился и вскинул "Томми-ган".
155
"Pour encourager les autres" (
156
Джон Бинг (1704–1757) — британский адмирал, расстрелянный по приговору суда за то, что в сражении при Минорке "не сделал всё, что от него зависело". Факт его казни упомянут в "Кандиде". В данном случае, автор проводит явную параллель между Бингом и Киммелом.