Когда на него с неба молотом обрушилась "Люфтваффе", погибло около 40000 человек. В разрушенный город по степи вошли танки и пехота. Они ворвались в него. Однако русские защищали Троцкийград квартал за кварталом, завод за заводом, дом за домом, комнату за комнатой. Гитлер выяснил, что войти в город намного проще, чем выгнать оттуда всех "красных".
Гитлер считал, что очень быстро выведет Россию из войны. Что ж, генерал Маршалл считал точно так же. Тогда неправы оказались все. Теперь же фюрер оказался втянут в более крупную войну, чем ему хотелось бы. Строго говоря, он ввязался в намного более крупную войну, чем все те, что он развязывал раньше. К вермахту в России присоединились румыны, венгры, итальянцы, словаки, даже дивизия испанцев.
Впрочем, солдаты вермахта были лучше оснащены и лучше подготовлены, чем их союзники (то, что румыны и венгры ненавидели друг друга гораздо сильнее, чем русских, тоже не помогло). В конце того года Красная Армия в двух местах прорвалась через иностранных лакеев Гитлера, и отрезала крупную немецкую группировку, продолжавшуюся сражаться в Троцкийграде.
Даже Джо Стил заявил:
— Я высоко оцениваю храбрость и стойкость русской армии. Её удар нанёс нацистам серьёзный урон.
Винс Скрябин в разговоре с Чарли оказался более циничен:
— Интересно, сколько генералов расстрелял Троцкий, прежде чем, они начали действовать, как надо. Больше, чем мы — это я могу гарантировать.
— Пожалуй, вы правы, — сказал Чарли.
Если бы он сказал, что Скрябин неправ, его бы расстреляли, либо, как минимум, отправили в трудовой лагерь. Он не говорил того, во что не верил. Возможно, Троцкий был более безжалостен, чем Джо Стил, да и во власти он находился дольше. Чарли добавил:
— Интересно, сколько теперь расстреляет Гитлер, раз уж дела у немцев идут не ахти.
Его слова вызвали у Скрябина улыбку.
— А мне нравится! — сказал Молоток. — Правда, нравится! И боссу тоже понравится. Я передам ему, что это вы сказали. Не буду вас обкрадывать.
— Я за это и не переживал.
И вновь, Чарли говорил искренне. Что он сможет сделать, если Скрябин украдёт его шутку? Ничего. К счастью, ему хватило ума, чтобы это понять.
— Когда босс позвал вас в Белый Дом, я не был уверен, что вы тут сработаетесь, — сказал Скрябин.
Предположение, вроде этого, могло привести к целому ряду катастроф. Скрябин обладал полномочиями действовать на основе своих личных подозрений. Кто станет скучать по журналисту, ставшему спичрайтером? Ну, Эсфирь будет. А кто-нибудь облечённый властью? Вопрос отвечал сам за себя. Впрочем, Скрябин продолжил:
— С тех пор, как вы здесь, вы справляетесь отлично. Возможно, я судил по вам, как по вашему брату.
— Рад, что оказался полезен. — Развивать тему Чарли не стал.
Он не стал сообщать Скрябину, что Майк перебрался из трудового лагеря в армию. Если захочет, Скрябин выяснит это за считанные секунды. Если же, по выяснении, ему это не понравится… Майку лучше уйти в бега.
— Полезны. Да.
Скрябин качнул головой на тонкой шее и поспешил прочь. Насколько мог судить Чарли, помощник Джо Стила смутился тем, что вёл себя, как человек.
Несколько дней спустя, американские войска под командованием Омара Брэдли — ещё одного человека, который заседал на паре трибуналов — вместе с британцами высадились в Северной Африке. Им не удалось окружить отступавших из Египта через Ливию немцев гладко, как планировалось. Нацисты закрепились в Тунисе.
Нет ничего идеального. В возрасте за сорок Чарли особо не рассчитывал на идеал. Всё могло сложиться и хуже. Так всё выглядело для мужчины средних лет.
XVIII
Даже, спустя год, в Вашингтоне война была похожа на голоса, доносившиеся из соседней комнаты. В начале 1943 года немцы, что выжили в Троцкийграде, сложили оружие и сдались. Они промаршировали в плен к "красным" с руками сложенными на голове. Глядя на русские фотографии этих мрачных, грязных, истощавших людей, Чарли гадал, скольким из них суждено вернуться в "фатерлянд"[167]. Если он не ошибался, очень немногим.
Какое-то время казалось, что все позиции нацистов на юге России посыпятся. Однако генералы фюрера, по-прежнему, знали, что делать. Они вынудили русских исчерпать свои ресурсы, затем контратаковали. Очень скоро, русские, а не немцы начали надеяться на раннюю весеннюю распутицу, которая остановит всё движение на недели. Они нанесли удар Гитлеру, однако и сами оказались под ударом.