Президента это не волновало. А если и волновало, Джо Стил этого не показывал. Не показывать свои тревоги было одной из его сильных сторон. Неподалёку от Чарли стояли Лазар Каган и Стас Микоян и выглядели они жалко. Даже Скрябин, возможно, хотел оказаться где-то в другом месте, хотя его лицо оставалось почти таким же непроницаемым, как и у босса.
— Мы завершили первый Четырёхлетний План. Мы продолжим с новым Четырёхлетним Планом. — Джо Стил сделал свою программу такой же неумолимой, как и он сам. — Первый план заложил фундамент движению вперёд по восстановлению нашей страны. Теперь на этом фундаменте мы будем строить. Могущественные люди, которые обрели своё могущество путём уловок и хитрости пытались меня остановить, но они проиграли. Люди видят их ложь. Мы пойдём вперёд, и там нас ждут лучшие дни.
Он замолчал в ожидании аплодисментов. Он их получил, но они вышли прохладными и приглушёнными. Все вокруг слишком промокли, чтобы демонстрировать энтузиазм, а постоянный дождь топил звук хлопков.
— Я буду работать без отдыха, чтобы обеспечить безопасность нашей великой страны, как внутри неё, так и за рубежом, — сказал президент. — Никаким вредителям не будет позволено встать на пути прогресса, либо саботировать его. Никакому иноземному врагу не будет позволено бросить нам вызов. Мы бросаем вызов и "красным" и фашистам. Ни одна из этих зараз не достигнет наших берегов!
Очередная пауза для аплодисментов. Снова сырые хлопки. Чарли решил, что инаугурационная речь будет хорошо читаться, но никто, возможно, за исключением Джипси Роуз Ли[106], не сумеет возбудить эту толпу, а сама Джипси Роуз Ли, скорее всего, замёрзнет насмерть, если явится сюда в том, что она обычно носит.
Джо Стил шёл дальше. Он обещал рабочие места. Он обещал еду. Он обещал плотины, шоссе и каналы. Он обещал боевые корабли на море, боевые самолёты в небе и танки на земле. Микрофон не ударил его током. Чарли не знал почему, но этого не случилось.
Закончив речь, Джо Стил остался на трибуне на открытом воздухе, наблюдая, как мимо проходят солдаты, танки и парадные оркестры. В этот раз никто не держал зонт над его головой. На нём была лишь знакомая твидовая кепка. Согласно программке, в небе должны появиться бомбардировщики, но эту часть пришлось отменить. Никто бы не увидел самолёты сквозь тёмный толстый слой облаков.
Когда он возвращался в Белый Дом, то ехал от Национальной Аллеи в той же машине с открытым верхом. Чарли тоже находился в открытой машине, в восьми или десяти автомобилях позади президентского. Люди, выстроившиеся вдоль улицы, махали ему и другим дрожащим промокшим журналистам, сочтя их какими-то важными чиновниками. Пара человек махала им в ответ. У Чарли сил на это не было.
Агенты Секретной службы торопили репортёров заходить в Белый Дом. Проходя мимо президентской машины, Чарли заметил, что на полу пассажирского отделения набралось с пару сантиметров воды. Видимо, часть всего этого досталась и тому, кто там ехал.
Цветные повара и слуги раздали горячий кофе, чай и закуски. Негр-бармен в смокинге ожидал заказов посерьёзнее. Если он не разбогател от чаевых, что оставляли ему благодарные джентльмены от прессы, значит, они были ещё большими нищебродами, чем о них думали.
— Буду жить, — произнёс Чарли, покончив с чашкой кофе и рюмкой бурбона.
— Я должен выбраться из этих промокших шмоток и залезть в сухой мартини, — бессовестно процитировал кинореплику другой журналист.
Чарли размышлял над ещё одной порцией бурбона — в качестве антифриза, разумеется — когда к нему подошёл Лазар Каган. Коренастый еврей надел сухой пиджак, но рубашка под ним всё ещё липла к телу.
— Президент хотел бы поговорить с вами пару минут, — сказал он.
— Правда? — Чарли гадал, в насколько крупные неприятности влип. Джо Стил был не самым общительным президентом, из тех, что возглавляли страну. Он редко говорил ради просто разговора.
Каган провёл Чарли из комнаты для прессы в кабинет президента, овальное помещение над Голубой комнатой. Джо Стил сидел за массивным столом, сделанным из калифорнийского красного дерева с гранитной столешницей. Президент энергично пыхтел трубкой. Пока мимо шли солдаты и музыканты, ему приходилось обходиться без неё. На улице никто не смог бы её прикурить.
— Здравствуйте, Салливан, — сказал Джо Стил, голос у него был дружелюбный, а глаза, как всегда, полуприкрыты.
— Господин президент, — осторожно произнёс Чарли. Он решил добавить: — Удачи вам на новом сроке, сэр.
— Благодарю. Вообще, я благодарю вас дважды. Вы немного поспособствовали с "Канзасской напастью".
106
Джипси Роуз Ли (наст. имя Роуз Луиз Ховик (1911–1970)) — американская актриса и писательница. Считается одной из родоначальниц современного стриптиза.