— Этого я не знаю, — ответил армянин. — Босс тоже не знает, он сам только что услышал. Но он желает знать. Как считаете, у него найдётся пара занятных вопросов к генералу МакАртуру?
— Я бы не удивился, — сказал Чарли.
Дуглас МакАртур находился в пяти тысячах миль от американского западного побережья. Крупная военно-морская база между западным побережьем и Филиппинами только что была разнесена к чёртовой матери. По мнению Чарли всё складывалось так, что МакАртур находился в большей безопасности, сражаясь с япошками там, где он находился сейчас, чем, если бы вернулся домой и отвечал на вопросы Джо Стила.
Спустя три дня после того, как Соединённые Штаты объявили войну Японии, Германия объявила войну Соединённым штатам, выполнив, и перевыполнив, свои союзнические обязательства. Чарли считал, что Гитлер оказал Джо Стилу услугу. Президент не объявлял войну нацистам, хоть ВМС США и германские подлодки уже месяцами перестреливались друг с другом. Фюрер всё сделал за него.
Ещё через три дня в Вашингтон прибыли адмирал Киммел и генерал Шорт. Хазбенд Киммел выглядел привлекательно в мундире с золотыми полосками на рукавах. Уолтера Шорта Чарли помнил ещё с тех времен, когда тот заседал в военном трибунале. Теперь же он и Киммел оказались по другую сторону судебного производства.
Судьи задавали адмиралу и генералу вполне очевидные вопросы. Почему никто не обнаружил японский флот до того, как с их авианосцев начали взлетать самолёты? Почему на взлётных полосах стояло так много американских самолётов, буквально крыло к крылу? Почему ни один из них не поднялся в небо после того, как власти осознали, что война началась?
— Мы обследовали зоны, где, по нашему мнению, противник мог появиться вероятнее всего, — говорил адмирал Киммел. — Наши патрули на западном и юго-западном направлении проводились чётко и тщательно.
— Однако ни один самолёт не летал на север, в том направлении, откуда на самом деле прилетели япошки? — спросил судья.
— Никак нет, сэр, — мрачно ответил Киммел. — Мы не ожидали их появления с севера Тихого океана. Мы считали, что погода и волнение моря в это время года слишком опасны для любой инициативы японцев.
— Вы ошиблись, не так ли?
— Похоже, что так, сэр. — Голос Хазбенда Киммела звучал ещё мрачнее.
— Я приказал выставить самолёты более компактно с целью избежать саботажа, — ответил Уолтер Шорт на заданный ему вопрос. — Примерно каждый третий житель Оаху[154] — япошка. Многие из них продолжают хранить верность тому месту, откуда они прибыли, а не тому, где живут сейчас.
— Имелись ли случаи саботажа со стороны гавайских японцев во время вражеского нападения? — спросил судья.
— Мне это неизвестно, — неохотно ответил Уолтер Шорт.
— Имелись ли случаи саботажа со стороны гавайских японцев перед вражеским нападением?
— Мне это неизвестно.
— Имелись ли случаи саботажа со стороны гавайских японцев после вражеского нападения?
— Мне это неизвестно.
Чарли гадал, зачем он присутствовал на трибунале. Он загодя знал, что произойдёт. Киммел и Шорт, может, и не знали, но такова уж их судьба. Никому, кто вращался вокруг Белого Дома и видел, в каком настроении находился Джо Стил, не требовался хрустальный шар, чтобы увидеть, что будет дальше.
А Чарли уже бывал на трибуналах. Соединённые Штаты — светская страна. Тут никогда не было ничего похожего на старинные испанские аутодафе. Эти трибуналы, с заранее написанными вердиктами, были очень на них похожи.
Преступная небрежность. Невыполнение служебных обязанностей. Пренебрежение должностными обязанностями. Во время прошлой войны, во время любой войны, подобные обвинения подорвали бы карьеру любого офицера, даже если бы их не удалось доказать. Судьям потребовалось лишь несколько минут, чтобы объявить обоих мужчин виновными и вынести меру наказания — смертная казнь путём расстрела.
Невзирая ни на что, Уолтер Шорт был ошеломлён.
— Что? Вы не можете так поступить! — выкрикнул он.
Адмирал Киммел понурил голову. Он-то прекрасно знал, что могли. Может, он и не ожидал этого, но допускал такую вероятность.
— Вынося вам приговор, мы тем самым напоминаем другим офицерам, состоящим на службе Соединённых Штатов, о том, что они должны всегда и при любых обстоятельствах выполнять служебные обязанности, — заявил тот судья, что объявлял приговор.