В фойе внизу стояли телефонные будки (Чарли задумался, почему бы не заменить их телефонными кроватками, что свидетельствовало о том, насколько же он устал). Он позвонил Айрин Триандос. Когда он сообщил ей новость, она завизжала. Затем она позвала к телефону Сару.
— Пап? — сказала Сара.
— Привет, милая. У тебя будет братик. Мамочка родила мальчика.
— Мальчик! Братик! — Сара сообщила миссис Триандос, которая уже была в курсе.
Разговор с маленькими детьми по телефону — это всегда приключение. Когда Сара вновь обратила внимание на голос в ухе, Чарли спросил:
— Помнишь, какое имя мы придумали, если родится мальчик?
— Конечно, помню, глупенький! Патрик Дэвид Салливан.
— Именно. Значит, твоего братика будут звать Патрик.
— Патрик братик! Братик Патрик!
Сара пока ещё с трудом понимала, как всё устроено. Очень скоро она выяснит, что младшие братья существовали для того, чтобы сводить старших родственников с ума. Чарли сам был младшим братом. И он отлично справлялся. Он был уверен, что Патрик пойдёт по его стопам.
Если зимние ночи в Монтане растягивались, подобно тянучке, летние ночи были, вообще, едва заметны. По крайней мере, так казалось Майку. Солнце скрылось за Скалистыми горами. В следующий миг оно появлялось на другой стороне неба.
С небольшим удивлением, а может, и не с небольшим, он осознал, насколько привык к режиму закатов и восходов в этих местах, и к режиму лагерной жизни. Именно здесь он и жил, здесь и работал последние пять лет. Он отбыл свой срок. По крайней мере, так ему казалось. Не, конечно, судья по административным делам влепил ему от пяти до десяти, но разве пяти лет не будет достаточно для кого угодно?
Несколько человек с такими же сроками выходили после пяти лет. Майк сам видел, как это бывает. Гбровцы выдали им одежду без номеров и двадцать баксов, затем посадили на автобус до Ливингстона, как правило, с предписанием оставаться в пределах Скалистых гор и штатов Среднего запада. Он не знал, что будет, если вернуться, скажем, в Нью-Хэмпшир, и тебя там поймают. Вероятнее всего, получишь новый срок, причём длиннее.
Не было похоже, чтобы Майка собирались выпускать. Джон Деннисон тоже никуда не делся. Деннисон управлялся в лагере лучше всех, кого знал Майк, включая себя самого. Что бы ни случилось, ему это было по барабану. Он знал, как тут всё работает. Ему это не нравилось — а кому понравилось бы? — но он справлялся.
То, что одни отсюда выходили, это ещё не означало, что не заходили другие. В нынешние времена лагеря были полны бритых японо-американского происхождения. Джо Стил приказал арестовать всех японцев, проживающих на материковой части США. Женские лагеря также существовали. Они, наверняка, тоже были переполнены темноволосыми узкоглазыми людьми. С япошками гбровцы обращались особенно жёстко. Они винили их в разжигании войны. Почему бы и нет? Откровенно говоря, Джо Стил поступал точно так же. Майк гадал, сколько япошек выпустят на свободу, если вообще выпустят хоть кого-нибудь.
Ещё ему было интересно, выпустят ли его. Любопытство добавило ему смелости снова навестить административное здание. Он убедил себя, что худшее, что с ним могут сделать, это отказать. Насколько ему станет хуже, если ему откажут? Вообще-то, худшее, что с ним могли сделать, это как следует его вздрючить и на несколько недель засунуть в карцер, но он предпочёл не задумываться о подобных вещах.
Сержант достал его дело и начал изучать.
— Ну, дело у тебя не такое уж и плохое, к тому же, ты довольно рано подал заявку на вступление в армию, — сказал он. — Ещё одно очко в твою пользу. Посмотрим, что скажет капитан Блэр.
— Хорошо. Давайте.
Майк понял, что его, хотя бы ещё не вычеркнули. А вот не загоняет ли он себя ещё глубже — это ещё предстояло выяснить.
Капитан Блэр носил повязку на правом глазе. Майк предположил, что перед ним ветеран Великой войны, нет, с началом новой войны, предыдущую стали называть Первой Мировой войной. Он низко склонился над бумагами, чтобы их прочесть, что означало, что оставшийся его глаз был близоруким.
— Вообще-то, тебе положено мотать полную десятку. Точнее, как минимум, полную десятку, — сказал он. — Сержант Сандерс не заметил спецшифра[166]. Но, если пожелаешь, у тебя есть способ выбраться из лагеря.
— Рассказывайте, — произнёс Майк.
— Мы можем отвезти тебя в Ливингстон, прямиком на призывной пункт. Сможешь записаться добровольцем на всё время войны. Служить будешь в так называемой штрафной бригаде. В них набирают лагерников и разжалованных офицеров, дабы они вернули себе доброе имя. Посылают их в самые горячие места. Так будет продолжаться до самого конца войны. Если выживешь, тебя освободят. Если нет, ну, значит, нет.
166
Дж. Э.Гувер был фанатом учётных систем и, якобы, разработал систему каталогизации книг в Библиотеке Конгресса