Баи, вспомнив об этом, успокоились и подошли к Кучаку и Саиду, осторожно став за стеной, чтобы ветер со стороны лянгара не дул на них.
– Что же нам делать? – спросил Саида самый старый бай. Саид яростно сплюнул и повторил:
– Охотник рассказывал, что люди в Кашгарии мрут от оспы, как мухи во время мороза. Людям, которые уже болели оспой и поэтому не боятся заразиться, платят большие деньги за то, чтобы они зарывали трупы умерших от оспы. Все охотники охотятся за уларами, но улара очень трудно убить: они водятся только высоко в горах, а здесь их мало.
Саид помолчал и добавил:
– Вам нельзя идти сейчас в город Кашгар или Яркенд. Надо купить яков или лошадей и уехать в киргизские кишлаки, к южным горам Сарыкола: там нет оспы и там охотно приютят богатых пришельцев.
На том и порешили. Тогда же Саид собрал со всех баев плату за свою работу.
Лянгар, стоявший на дороге, баи обошли стороной. Ночь была темная, и, чтобы не отбиться и не заблудиться, они, держась друг за друга, пошли вслед за Саидом.
Подавленные и унылые, они еле шли от усталости и, немного отойдя, решили заночевать. Саид напрасно уговаривал их пройти подальше. Обессиленные долгим переходом, путники так устали, что у них даже не было сил приготовить пищу. Легли спать голодные. Наступило утро. Баи спали. Солнце поднялось высоко, и Саид принялся тормошить спящих, а если это не помогало, выжимал на шею спящему воду из платка, намоченного в ручье.
Дольше всех не просыпался Кучак. Только после того, как Саид облил его водой, он поднялся и долго не мог понять, где он находится.
Он тер глаза и с удивлением оглядывался во все стороны. Он видел опухшие от сна лица и злые глаза.
– Ты не уважаешь сон! – сердито сказал он Саиду. – Надо спешить: кругом оспа, – отвечал Саид. Кучак с любопытством рассматривал кусты шиповника и редкие заросли колючих деревьев и можжевельника.
Все путники сидели на лужайке, возле ручья.
Чистая холодная вода шумела по камням и, загибая за скалу, вливалась в большой горный поток на дне ущелья. По ширине и мощности потока, сбегавшего с перевала тонкой струйкой, Кучак понял, что они далеко отошли от перевала.
Пошли дальше. Ущелье извивалось то к югу, то вело на восток. Кучак справа и слева от себя видел только горные склоны. За каждым поворотом ущелье все больше расширялось, и вскоре перед ними открылись лесистый склон и каменистая долина, зажатая между горами.
Они шли по протоптанной тропинке, которая у самого склона разветвлялась: одна тропинка вела вниз, к югу, другая, более протоптанная, шла на север.
Путники пошли на север.
– Туграковые[25] заросли, – сказал Саид и показал вниз, на лесистый склон.
Справа и слева громоздились камни.
– Эй, стой! Не шевелись! – раздался вдруг окрик, и слева, из– за камня, неожиданно показался человек с ружьем: – Не идите по этой тропинке: вы занесете в наш кишлак оспу! Идите назад! – Почтенный, – сказал Саид, выступая вперед, – мы идем с Памира и о том, что люди болеют оспой, не знали. На Памире мы ели уларов и поэтому оспы не боимся.
– Зачем вы идете в наш кишлак? Чего вы хотите? – спросил человек.
– Продай нам девять лошадей, – сказал Саид.
Человек свистнул. Из-за другого камня вышел второй вооруженный и подошел к первому. Они посовещались. – Мы продадим вам четырех лошадей, по одной на двоих, а вы дайте нам мяса уларов.
– У нас нет уларов, мы съели их, – сказал Саид. – Тогда вы, евшие уларов, заплатите за лошадь и право прохода, дайте каждый по пальцу, иначе мы не продадим лошадей и не пропустим вас.
Баи захотели откупиться, пожертвовав Кучаком. Только он один не понимал этого.
Баи хитро переглянулись и посмотрели на Кучака. – Беги, – тихонько шепнул ему Саид, стоявший сзади. Кучак поперхнулся и невольно схватился за пояс, где было зашито золото.
– Иди сюда, Кучак! Иди, милый! – приторноласковым голосом сказал старший бай, подходя к нему.
– Беги же, безмозглый, или тебя продадут! – прошептал Саид. Кучак подпрыгнул и помчался изо всех сил вниз по тропинке, мимо человека с ружьем.
За ним поскакала Одноухая.
Баи растерялись, но потом побежали догонять Кучака. – Стойте, не бегите в сторону кишлака! – закричал сторожевой. Но баи его уже не слушали.
Выстрелив в толпу бежавших людей, сторожевой одного из них убил, но другие успели пробежать по тропинке к кишлаку. – Он ускачет на лошади! – запыхавшись от быстрого бега, кричали баи, увидев, что Кучак подбегает к лошади сторожевого, стреноженной на склоне.
Но Кучак неожиданно остановился около лошади, испуганно вскрикнул, шарахнулся от неё в сторону и побежал не по тропинке, а назад, к подножию горы, в лес. Лошадь шарахнулась в другую сторону.
– В лесу мы его не догоним, – сказал Саид.
Он бежал впереди всех и уже был близко от лошади сторожевого. – Кучак, сумасшедший! Лошади испугался! – кричали баи. – Не удивляйтесь, уважаемые. Он первый раз в жизни увидел лошадь и, наверно, подумал, что это дракон! – засмеялся Саид. – Вот я сейчас сниму путы и взнуздаю её, и на ней поедет старейший. Баи уселись на камнях. Саид спокойно подошел к храпевшей лошади, развязал путы, взнуздал её и вскочил в седло. – Прощайте, уважаемые! Я довел вас до Кашгарии. Я сделал свое дело. Мне очень приятно быть в вашем обществе, но я спешу домой. Аллах с вами, да не съедят вас, евших уларов, обезумевшие жители! С этими словами Саид ударил коня нагайкой и помчался по склону вниз, к лесу.
– Держи его! – закричали баи.
– Держи, держи!… – неожиданно раздались вокруг голоса, и на лужайку выбежали несколько человек с ружьями.
Один из них выступил вперед и сказал:
– Если вы сейчас же не уйдете от нашего кишлака, мы перестреляем вас!
Баи и мулла бросились наутек.
V
Поравнявшись с лесом, Саид осадил вспотевшего коня и оглянулся. Нестройной толпой баи бежали по склону горы в другую сторону. Саид сдвинул баранью шапку на затылок и вытер ладонью мокрый лоб.