Мёрк повернулся к Розе:
– Оказывается, это ты высказала такое предположение, подсказывает мне суфлер.
– Карл, – перебил его Ассад. – Погляди на почерк. Он выглядит так, будто его обладателю пятнадцать лет?
– Нет, – ответила Роза. – Он такой же детский, как и твой, Ассад.
– Вот именно. Я о том же. Самый что ни на есть детский почерк, как и мой собственный.
Какого рожна Ассад так вдохновился этим фактом?
– Значит, мы знаем бо́льшую часть, так? – заключил он.
Карл наморщил нос.
– Большую часть чего?
– Ну, у него нет карты социального страхования, и мы практически уверены, что у него ее никогда не было. Отсюда мы делаем вывод, что он, видимо, не датчанин; да он и не выглядит как датчане. Прямо как я. – Из чрева Ассада донеслось хрюканье. – Ха-ха. Замечательный бронзовый цвет кожи и вьющиеся черные волосы, совсем как мои, правда? Почерк говорит о том, что ему не так уж много лет, однако пишет он на довольно правильном датском языке. А почему? Потому что он уже давно живет в этой стране, так я думаю. Но все-таки он не гражданин Дании, как и остальные представители клана Золя, это по полученным мною сведениям. Получается, мальчик находится в стране нелегально. Он и другие жильцы дома Золя не могут являться временными обитателями государства на период заключения торговых сделок. Они проживают здесь постоянно, а потому должны расцениваться как нелегальные мигранты. Таково мое объяснение нежелания мальчика разговаривать с нами.
Роза кивнула.
– Он нас боится, Карл, а мы еще и натравили на него все силы полиции.
Ожидание в кафетерии «Черный бриллиант» Королевской библиотеки длилось недолго, и Ассаду с тоской и отяжелевшими веками пришлось расстаться со своим сэндвичем посреди праздника желудка.
Парень заявился со своим пластиковым пакетом и совершенно явно не интересовался литературными изысками данного заведения, а устремился прямиком к заднему ряду ячеек камеры хранения неподалеку от туалетов, чтобы избавиться от своего груза. Он имел нездоровый вид, в отличие от Марко. Чуть постарше и побледнее, удивительно хорошо одет, в черном костюме и белой рубашке; по его внешности совершенно нельзя было предположить, что он является соучастником уличных преступлений.
– Можно нам взглянуть, что у тебя в сумке? – С этими словами Карл развернул перед ним удостоверение личности.
Парню потребовались какие-то доли секунды, чтобы осознать масштаб катастрофы и броситься к выходу, где стоял Ассад. Изумлению парнишки не было предела, когда этот чувак блокировал возможность побега, выставив ладонь ему наперерез, так что он вынужден был приземлиться на пятую точку.
– Откуда у тебя все это добро? – интересовался Карл несколькими минутами позже, обернувшись назад с водительского места и высыпав содержимое пакета в виде мобильников, часов и кошельков на колени воришки, сидевшего на заднем сиденье рядом с Ассадом.
Парень пожал плечами и ответил:
– Don’t understand [28].
– Так-так, Карл, он не говорит по-датски, нам придется с ним непросто, – заметил Ассад. – А давай-ка отвезем его за город и пристукнем, как тех двоих вчера… А потом поедем и как следует потусуемся вечерком, а?
Карл выпучил на него глаза, однако это было ничто по сравнению с вытаращенными глазами парня на заднем сиденье.
– Ну да, знаешь ли, – продолжал Ассад. – Мне кажется, две тысячи крон за убийство этого придурка – вполне неплохо. В анатомичке сейчас как раз не хватает трупов…
С такой фантазией ему бы податься в авторы детективов.
– Я требую свидания с адвокатом, – трясущимся голосом выдал парень.
Ассад улыбнулся.
– Лучше говори-ка ты сейчас. Тогда мы позаботимся о том, чтобы тебя не поместили в камеру с бандой скинхедов.
Парень не смог скрыть своего отчаяния, как и полчаса спустя, когда за ним приехал автозак.
Примерно через час улов пополнился. На этот раз в сети попался хорошо сложенный юноша с более экзотичной внешностью. Он пронырнул через вращающиеся двери. Такой же черный костюм. Однако этот парень обладал настолько настороженным и проницательным взглядом, что немедленно уловил бдительность, исходившую от Карла и Ассада.
– Если он направится вдоль столов к стене с ячейками у туалетов, – шепнул Карл, – блокируем его с двух сторон.
Парень отказался говорить, и если б не пара дамских наручных часов в его кармане, им пришлось бы его отпустить.
А теперь он сидел напротив них в комнате для допросов на третьем этаже и глядел исподлобья.