Если б не эта улица, Кристиания представляла бы собой настоящий рай для Карла, но Пушерстрит являлась чрезвычайно опасной территорией для похожего на «легавого». И каким-то образом африканцы узнали об этом. Если кому-то могло понадобиться осуществить обмен в Дании с непременным условием невмешательства полиции, безусловно, следовало выбрать Пушерстрит в Кристиании.
Закрыв глаза, Карл попытался совершить мысленную прогулку по этому клондайку из граффити. В самом конце Принсессегэде совершенно открыто сидели несколько парней и следили за прохожими. С противоположной стороны, рядом с симпатично оформленным красочным овощным магазином, люди сидели в нескольких кафе или под козырьками и так же внимательно наблюдали. Можно было, конечно, пробраться сюда незамеченным с боковых улиц, несмотря на то что и там имелись наблюдатели, выполнявшие свою миссию посреди безудержной торговли гашишем и сканком. Но, если подойти сбоку, представлялось практически невозможным обозревать улицу по всей длине, а в данном случае как раз это было необходимо.
Итак, вопрос заключался в том, каким именно образом приступят к делу африканцы. Они наверняка предвидели, что как только схватят Марко и отпустят девочку, парень закричит. И потому следовало ожидать, что они предпочтут действовать, прижавшись поближе к стенам, чтобы побыстрее утащить Марко с открытого пространства и усмирить его инъекциями или побоями.
Хотя народ на Пушерстрит производил впечатление относительно равнодушного, когда дело доходило до насилия, граница допустимого все-таки менялась, если речь шла о жестоком обращении с детьми. Едва ли африканцы рискнут противостоять такой огромной толпе, а значит, они будут действовать быстро и бесшумно.
Карл показал Розе с Ассадом составленную полицейскими карту местности и указал на все детали. Сама улица была не очень длинной, но, подобно артерии, пробегала мимо кварталов всех типов, начиная от тех, что состояли из бараков и давали пристанище явно криминальным элементам, заканчивая идиллическим пространством с частными садиками, свойственными мирному пригороду. Карл лично предпочел бы путь от Боцманского переулка вдоль Ковчега Мира и Тингхусет; именно по этой причине он оставил данный маршрут для Ассада, который был новичком в этом районе.
Роза должна была на приемлемом расстоянии последовать за Марко из примыкающего к Принсессегэде переулка, миновать Дом геев и направиться далее к противоположному концу Пушерстрит. Значит, самому Карлу оставался участок прямо от главных ворот до того района Свободного города, где, по его собственному мнению, африканцы поджидали Марко с наибольшей вероятностью.
Малена просила взять ее с собой, однако ее оставили ждать в полицейском управлении в обществе активно протестующего Гордона, который давным-давно намеревался отправиться в отчий дом к родным котелкам.
«Слава богу, что моя команда прекрасно вписывается сюда», – думал Карл, проходя через ворота. Роза вполне могла бы сойти за местную, а курчавого парня с кожей интенсивно коричневого оттенка и в характерной одежде никто не заподозрит в принадлежности к его истинной профессии.
А вот Мёрк, напротив, ощущал себя не слишком комфортно при устроенной ему Розой маскировке. От сделанной наскоро обработки лаком его волосы вздыбились, да и туши для глаз она не пожалела. В восьмидесятые годы окружающие наверняка приняли бы его за поэта-неудачника, но теперь, спустя одиннадцать лет после смены тысячелетий, было только два варианта: либо Карл являлся больным на всю голову, либо жутко неудачно замаскированным «легавым».
Карл понимал, что ему во что бы то ни стало надо достойно соответствовать образу, и потому он поприветствовал иммигранта, сразу за воротами торговавшего из крошечного киоска подгоревшим миндалем, сказав ему «хауди»[35] и чуть приоткрыв рот.
Этим вечером на Пушерстрит было полно народу. Вышеупомянутые действия полицейских на улицах города наверняка повлекли за собой новые задержания, однако сорняки, как известно, гуще всего растут на только что прополотых грядках.
Карл скользнул взглядом вдоль улицы и прикинул, что на ней находилось примерно столько же ларьков, торгующих марихуаной, сколько было всегда; ну и бог с ними. Чем больше этой отравы приобретали здесь, тем меньше клубов любителей травки, раскиданных по остальному городу.
Насколько он мог заметить, ни Роза, ни Ассад еще не достигли Пушерстрит, а значит, все шло по плану.
Карл пристроился у выхода с боковой улочки рядом с ангаром и сделал вид, как будто неожиданно резко лишился сил. Он слегка наклонился, возможно производя впечатление подвыпившего мужичка. По всей видимости, это сработало, ибо, кроме девушки на велосипеде с двумя детишками в переднем кузове, никто даже не взглянул в его направлении.
35
Англ.