Замечательно! Вот это диапазон! Из педагога Чонг переквалифицировался в нарколога. Я опустил кольт.
– Ладно, пошли. Надеюсь, с ней все будет в порядке.
Чонг склонился над девушкой, оттянул веко, заглянул в глаз, зачем-то дунул в нос и сказал:
– Она спит. Ей сейчас хорошо, поверь моему опыту.
Спустя пять минут мы покинули клинику. Думаю, все ее обитатели должны были вздохнуть с облегчением.
В машине Чонг достал планшетник, проверил электронную почту и связался с мастером Чжаном. Новости не порадовали, впрочем, это уже стало привычным в последние дни.
Исчезли еще два киан-ши. На этот раз – охранники из дома Чжана. Вечером сдали дежурство, а потом пропали.
Через час мы уже были на месте.
На этот раз я заявил, что не буду доверять службе безопасности клана. Прозвонил мобильники пропавших. Ничего. Опросил всех, кто находился вчера в доме. Безрезультатно. Прошел в аппаратную и сам проверил камеры. Все как обычно. Чонг в это время сидел рядом, внимательно наблюдал, но не вмешивался.
Когда стало ясно, что никаких зацепок я не обнаружу, в углу аппаратной засветился монитор.
– Как дела, Иван? – вежливо спросил мастер Чжан.
– Да никак. А у вас?
Мартышка на его плече гордо приосанилась.
– Есть некоторые результаты. Наши ученые выяснили, что соединение серебра не только обнажает истинную сущность киан-ши, но и ослабляет вампирическую энергетику.
Ну мужик, ну поразил! Это и без упыриных ученых любой чистильщик знает. Но не успел я это сказать, как мастер Чжан добавил нечто, заставившее меня задуматься:
– Оно как бы обеззараживает кровь киан-ши.
Наконец меня шибанула та мысль, которая все крутилась в голове и не успела оформиться из-за очередной выходки Чонга.
– Так может, ее потом вливали людям?! Ну, а иначе зачем обеззараживать упыриную кровь? Какой еще в этом может быть смысл?
Мартышка возбужденно завопила.
– И тогда… – начал Чонг.
– И тогда кровь киан-ши не убьет человека…
– Но вполне возможно, что человек приобретет некоторые черты, свойственные только киан-ши, – подытожил мастер Чжан. – Что ж, я доволен. Это очень хорошая версия.
– Надо бы вашим ученым обследовать Катынина, – предложил я.
– Да, я это устрою.
– А мы пока смотаемся в головной офис его компании, поработаем с сотрудниками. Может, удастся выяснить, куда он пропадал.
– Еще зверобоги, – напомнил Чонг. – И Джанджи, и Катынин что-то говорили о зверобогах.
Обезьяна прикрыла глаза ладошками.
– Зверобоги?.. Интересно… – протянул глава клана. – Этим я займусь сам.
Его реакция показалась мне подозрительной, поэтому в машине я на всякий случай позвонил отцу Константину, рассказал то же, что мастеру Чжану. Мало ли, кто их знает, как они там, наверху, инфой делятся.
– Интересно. Спасибо, чадо. Я сам разберусь, – коротко ответил батюшка.
Это меня совсем уж насторожило, следующий звонок я сделал Маше и поручил ей собрать о пресловутых зверобогах всю возможную информацию. Потом связался с Катыниной и договорился о встрече на следующий день. Александра Вениаминовна охотно согласилась.
– Буду ждать вас на фирме в девять утра.
Несмотря на то, что она так и не сумела официально меня нанять, наши интересы пока совпадали.
– Давай возьмем с собой твою красотку-секретаршу, – предложил Чонг.
Я подозрительно покосился на него:
– С чего бы это?
– Представляешь, сколько народу в офисе Катынина? Мы там на неделю завязнем. Пусть помогает.
Вообще-то, идея была здравая. Если, конечно, китаец не замышлял очередную мелкую пакость. Я прикинул и решил, что вряд ли. Маше в моем присутствии ничего не грозило. А уж как она всегда рвалась помочь… Наверняка ей должно было понравиться.
Так и вышло. Девушка была на седьмом небе от счастья – как же, настоящее дело, связанное с поиском упырей!
Ночь прошла без приключений, не считая того что Чонг вдруг показал себя горячим поклонником «Children of bodom», и до часу исполнял их песни:
– …Degenerate, throwing the wreck of life.
Someone is spilling your own blood…[13] – лился в приоткрытую форточку его внезапно брутальный голос.
Наконец меня достали его экзерсисы, я позвонил и рявкнул в трубку:
– Заткнись, иначе стрельбу по висящей мишени устрою!
– Нет в тебе духа авантюризма, – посетовал долбаный псих. – И мужественности тоже нет. Хорошо, будь по-твоему…
Он заткнулся. На несколько минут воцарилась блаженная тишина, потом вдруг мерзкий фальцет завыл:
Я вздохнул, достал револьвер, подошел к окну, прицелился в дерево и выстрелил – профилактики ради. Пуля сбила ветку с макушки. Не помогло.