Где-то застрекотал сверчок.
— Ужас как тихо, — сказал Фрэнки.
— Я как раз о том же думал.
— Майк, мне страшно!
— Хочешь, оставлю свет?
— Не-а. Я не темноты боюсь. — Фрэнки придвинулся ближе и закинул руку Майку на грудь. — Я знаешь чего боюсь? Вот закрою глаза, а когда проснусь, мы опять окажемся в приюте.
— Я понимаю, — сказал Майк. — Но мы проснемся здесь, честное слово.
Майк лежал и смотрел в темноту. В голове крутились мысли обо всем, что он видел и слышал сегодня.
…«Талантливая пианистка»… «Ей нужно усыновить ребенка»… «Всего лишь сделал то, что было необходимо»… «Времени уже не осталось»… «Сама на себя не похожа»… «Сколько на нее свалилось»… «Если бы да кабы»…
Фрэнки стал дышать ровнее, и Майк понял, что брат уснул. Он бережно переложил руку Фрэнки поудобнее и подоткнул ему одеяло. От мелюзги пахло мылом и обеденной курицей. И курица была не в противной подливке, а поджаристая и хрустящая.
Что, если это и правда сон?
Майк на всякий случай старался не закрывать глаза. Но не смог.
10
Майк не сразу понял, где это он.
Он сел и заморгал, разглядывая комнату. Постепенно он вспомнил, что было вчера. Рядом заворочался Фрэнки, но так и не проснулся.
Одежда, в которой они приехали, постиранная и аккуратно сложенная, лежала на низенькой скамье в ногах кровати. Майк оделся и пошел на нижний этаж. Там было еще совсем тихо.
Двустворчатые двери в библиотеку стояли открытые настежь. Майк зашел внутрь. Там было темно, как в пещере, все окна плотно закрыты деревянными ставнями. Майк рассматривал отделанные деревянными панелями стены, абажуры с бахромой, большой письменный стол в углу. Потом его взгляд упал на стеллажи с книгами от пола до потолка, с передвижной лесенкой, чтобы можно было добраться до верхних полок. На круглом столике стояла целая коллекция метрономов.
Где же пианино?
Майк вернулся в прихожую и подошел к еще одной двустворчатой двери — напротив библиотеки. Приоткрыл одну створку и ахнул.
Утренний свет лился в огромные окна. В воздухе плясали крошечные пылинки. По углам стояли пальмы в кадках, а посередине комнаты — великолепный концертный рояль. Майк в жизни не видел такого потрясающего музыкального инструмента.
В нем было, наверное, футов девять [16] от клавиатуры до другого конца. Однажды бабушка взяла Майка с собой в магазин — покупать ноты, и там был кабинетный рояль. Хозяин магазина разрешил Майку сыграть. Звуки так и выпрыгивали изнутри инструмента и разлетались по всей комнате. Какая же мощь должна скрываться в этом большом рояле?
Майк провел рукой по блестящему черному боку. Поднял крышку и укрепил на подпорке. Надолго замер, любуясь хитроумными внутренностями рояля: струнами разной толщины для басовых и высоких нот, колками для настройки, декой и молоточками. Потом сел на скамеечку перед клавиатурой, стиснул кулаки, снова разжал и пошевелил пальцами. Мистер Говард ведь говорил, что на рояле нужно играть? Их с Фрэнки потому и выбрали, что они были лучшими музыкантами в приюте? Может, миссис Стербридж приятно будет услышать музыку. Вдруг это одно из тех самых «если бы да кабы»?
На пюпитре стояли ноты. Майк полистал их и нашел Ноктюрн № 20 Шопена. Задержал руки на весу, чувствуя, как их будто магнитом притягивает к клавишам.
Он сыграл вступительные аккорды. Насыщенное звучание наполнило всю комнату. Ни у одного инструмента, на котором ему приходилось играть, не было такого звука. Высокие ноты казались ярче и веселее, чем у других, низкие — мрачнее, более зловещими.
Майк несколько раз начинал играть и сбивался. Поначалу выходило неуверенно, скованно. Потом он целиком погрузился в музыку. Вспомнил, как бабушка учила его играть этот ноктюрн. Майку тогда было девять. Закончив первый пассаж, он словно наяву услышал ее голос: «Еще раз! Только сперва я открою окошко, пусть соседи слышат, как ты играешь».
Майк целиком отдался печальной мелодии. Намек на марш, тончайший мелодический узор и наконец финал, все медленнее, медленнее… До последней щемящей ноты. Ему казалось, бабушка сидит рядом, и мама тихонько напевает…
В себя его привел странный звук — не то вскрик, не то вздох. Майк поднял глаза.
В дверях, держась за сердце, стояла миссис Стербридж и смотрела так, словно увидела привидение.
Не успел Майк сказать и слова, в комнату вбежала миссис Поттер:
— Простите, хозяйка! Я не слышала, как он спустился!
Она схватила Майка за руку повыше локтя и потащила на кухню. Там усадила его за стол.