Невозмутимость Кости дала небольшую трещину: взгляд Мелины. То, как она приковалась взглядом к кольцу, заставило чувствовать его себя… немного не в своей тарелке.
Всё же, он был совсем непривычным к такого рода общению.
Мелина молча взяла кольцо, после чего, ничего не говоря, исчезла, куда-то сбежав. Мужчина удивлённо уставился на место, где только что была фальшивая служанка Пальцев.
— Ну и фрукт, а я тебя недооценила!
Маленькая иллюзия Селлены, оказавшись на плече удивлённого Кости, показала ему большой палец.
На лицо чародейки вылезла тонкая усмешка.
Судьба любила терпеливых.
— Я хочу стать твоей ученицей[99].
Сбежавшая Мелина слишком поздно осознала, что всё это время с ними была незаметная чародейка.
Проклятый глаз фальшивой служанки Пальцев широко открылся.
Определённо, сонную лунную полубогиню, когда она вернётся после небольших приготовлений перед сном, ждало не одно потрясение.
Глава 27
Они не собирались задерживаться в Замке. Первоначально мужчина вернулся в замок со священником, чтобы тот помог вайфу, но ситуация приняла немного неожиданный оборот.
Константина немного расстроило, что он не мог пока помочь с глазами Ирине. То, что её глаза оказались здоровы, указывало на другую природу слепоты, вероятно — казуальную. Мужчина попытался сам помочь вайфу, но слишком далеко в своих стараниях не заходил, откровенно опасаясь навредить. Константин чувствовал, что мог лечить и снимать эффекты с самого себя, но…
Скажем так, в онлайн он не очень любил ходить. Костя просто не умел помогать другим.
Он знал ультимативный казуальный приём, который мог потенциально помочь Ирине, но пока не мог его использовать. Оставалось лишь ждать.
И фармить.
Не нужно было уточнять, насколько счастливой была Ирина, получив столько заботы от Погасшего. Пусть он пока не мог вернуть ей зрение, уже сам факт всей оказанной помощи заставлял её сердце биться чаще.
Подаренное же кольцо, несущее в себе частичку тепла фаната вайфу…
Расценивалось дороже любого, даже самого дорогого украшения.
— Я буду ждать твоего возвращения, Константин из Погасших.
Эдгар кашлянул в кулак, видя, как широко улыбалась дочь, сжимая в руках кольцо. Такой невозмутимой решительности от Погасшего Эдгар совсем не ожидал. Мужчина не до конца понимал, что делать в такой ситуации. Просто наблюдать? Или попытаться дать какой-то совет? А какой он мог дать? Или попытаться поговорить с заботливым, но всё ещё… кхм, необычным Погасшим?
И всё же, комендант предпочитал пока просто наблюдать.
— Мы были ради видеть вас, господин. Захаживайте… почаще, да…
Костя невозмутимо пожал плечами.
Как квесты дадут.
— Я постараюсь пошить д-для вас лучшую одежду, г-господин!..
Кого в Замке Костя точно не ожидал встретить — так это Бока. Думая, в целом, по большей части только про вайфу, было тяжело помнить про все остальные побочные квесты.
Мужчина с первого дня нахождения в Междуземьи знал про «динамичность» квестов. И всё же, осознавать, что сами вайфу могут продвигать по своему желанию квесты…
Довольно необычно.
Константин, осмысляя тленность квестов и, наверное, бытия, на заявление поселившегося в Замке Бока лишь кивнул.
— Я тоже отправлюсь в путь, — сконфужено улыбнулся Корин. — Мне нужно многое переосмыслить. Я подумываю уйти из крепости Круглого стола. Ты знаешь благородного героя Золотую Маску?
Константин, немного удивлённый неожиданному продвижению одной из скучнейших цепочек квестов в игре, пожал плечами.
— Да.
Корин вздохнул, собираясь с мыслями. Последние дни оказались для него слишком нервными. Священник чувствовал, что ему и самому нужна была помощь.
— Когда-то он был Погасшей душой, жившей неподалёку от Междуземья, и вместе с тем — великим учёным, который предвидел явление видений благодати. Я слышал, сейчас он странствует по Междуземью в одиночестве, надеясь отыскать Золотой Порядок… Я многое бы отдал, чтобы получить от него наставление и даже, быть может, помочь ему в изысканиях.
— Удачи.
Из-за общей невозмутимости Погасшего было тяжело сказать, искренне он желал удачи Корину или нет. Но он, по крайней мере, постарался.
Последователь Золотого Порядка криво ухмыльнулся.
Вера многое значила. Было бы странно, если бы вера ничего не значила в мире, в котором влияние объектов поклонения можно было увидеть невооружённым взглядом. Константин следовал за неизвестным, непонятным Внешним Богом, что должно было пугать и настораживать, но по какой-то причине Корин вместо этого чувствовал спокойствие и какую-то странную внутреннюю теплоту.
99