— Вы отправитесь со мной.
Её новый слуга должен был познакомиться со своими товарищами и, наконец, получить поручение, после которого она сможет отдохнуть.
Едва державшаяся девушка, хотела того или нет, как маленькая девочка надула призрачные щёки, протягивая кукольную руку Константину.
Она, конечно, не прощала его дерзость вот так легко, да. Погасшей душе ещё придётся хорошо послужить ей, чтобы она точно простила его! Обязательно.
…и всё же, наверное, было опрометчиво тратить столько сил на ту иллюзию…
Селлена хмыкнула. Кажется, их реакция ей никогда не надоест.
— Про мой исток-камень не забудьте, госпожа.
Женщина ещё недавно никогда бы не подумала, что скажет это столь легко, но, честно говоря, в её нынешнем положении свою судьбу она и так не определяла. Так что оставалось лишь терпеливо ждать, искать возможности и, конечно же…
Веселиться.
Глава 28
Насколько бы сильно Ренни не хотелось отдохнуть — она всегда могла проснуться. Осторожная полубогиня никогда полностью не ослабляла бдительность, даже сейчас.
И, более того, она никогда не прекращала свои проверки.
Три сестры. Закрытая чарами область, которую нельзя было так просто найти и уж тем более попасть. И даже если пройти через чары — проекция верного королевского рыцаря всегда встретит чужака с поднятым серпом. Этого будет мало — поклявшийся тёмной луне потомок древних драконов доступно объяснит, что чужаков мало кто любил.
…только если опять не сбежит[105]…
Лик призрачной полубогини опять едва не надулся. Из-за помутневшего разума она вспоминала какие-то глупости.
Полубогиня поудобнее умостилась на своём кресле, усевшись кукольным телом на подложенные книги.
Её вместилище было слишком маленьким, иной раз создавая неправильное впечатление.
— Мне служит воин по имени Блайд, получеловек-полуволк, — негромко заговорила Ренни, сложив руки. — Ты должен его уже знать. Я попрошу тебя помочь ему в поисках тайного сокровища Вечного города Нокрона. Блайд встретит тебя внизу и обо всём расскажет.
Пусть Мелина и скрылась, она, естественно, слышала то, о чём говорила Ренни. Её не могло не насторожить задание для избранника.
— Там же ты познакомишься с моим военным советником Иджи и с искусным чародеем Селувисом, — негромко продолжила Ренни. — Они те ещё чудаки, но не стесняйся обратиться к ним за добрым советом и помощью. Уверена, они поступят точно так же.
— Селувис…
Шепот маленькой иллюзии Селлены впервые наполнился настоящей злобой. Улыбки на иллюзорном лице женщины словно и не было. Будь её воля, и она бы лично превратила его в страшную марионетку.
Костя, конечно, понимал вайфу-чародейку.
Он не очень хотел попадать в логово одной из лучших вайфу как раз из-за необходимости встретиться с чуть ли не главным врагом всех фанатов вайфу.
Костя с удовольствием бы сломал чародею его маску, если бы не знал, что одна из лучших вайфу и сама прекрасно знала о том, какие у её «слуги» были планы на неё.
Сколько раз мужчина запорол квест, не удерживаясь от того, чтобы напасть на чародея…
Как обычно, главными испытаниями для казуального трайхардера были не обычные противостояния.
Не передать словами, какое облегчение испытала лунная полубогиня, передав поручение. Теперь, когда все приготовления были закончены, а её новый слуга получил задание, которое лучше всего покажет, насколько он ей верен и заслуживает ли её доверия. Настоящего. Ренни было очень интересно, как мужчина будет оправдываться перед своей фальшивой служанкой Пальцев, когда она осознает, что её Погасшему нужно будет добыть.
Ну и, конечно же, действительно ли он заслуживает того, чтобы вот так нахально воровать её кольцо. Как будто одной только силы достаточно!..
Перед глазами полубогини вновь предстал образ мужчины, неотвратимо идущего на свою жертву с молотом в руках. Он как будто точно знал, что сможет задеть струны души её матери. И не только матери.
Призрачный лик опять едва не надулся.
Из-за неожиданных действий Погасшего она чувствовала себя слишком непривычно. Её изначально смутило, что он вот так встал перед ней на одно колено, явно настроенный на что-то, отличное от простого служения, но теперь, когда кольцо было у него (пусть и пока в закрытом сундуке в непонятном, спрятанном от её взора подпространстве), а её мать фактически дала добро на то, чтобы он оставил его себе, действия Погасшего приобретали неожиданный подтекст.