Двое мужчин, окружённые расступившимися рыцарями, скрестили клинки и посохи.
Любой бы согласился с тем, что Джеррен был крайне могущественным и опытным рыцарем: его движения были быстрыми, чёткими, посох, к которому иной раз обращался смотритель замка, сотворял заклинания быстрее лучших из чародеев, оставляя Константину заметно меньше места для манёвров.
Не нужно было уточнять, сколь неудобными были мечники, владеющие магией.
При этом движения старика были не лишены какой-то странной артистичности. Он будто бы играл на публику, наслаждался окружающим вниманием, пытался превратить их поединок в шоу, и Погасший не препятствовал этому, целиком и полностью подстраиваясь под стиль боя слуги Радана, полностью копируя его манеру боя.
Посылая в Константина заклинания, Джеррен должен был быть готов к тому, что и ему придётся уворачиваться от точно таких же заклинаний. Посылая в Погасшего поток пламени, ему нужно было быть готовым к тому, что и в него будет направлен поток пламени. Но заметно более смертоносный и не прощающий ошибок.
И смотрителю замка это нравилось.
Он понимал, что Константин мог закончить их поединок мгновенно. Однако не делал этого, с удовольствием скрестив клинки со старым рыцарем, показывая явно не ожидавшей подобного публике настоящее шоу.
— Этого достаточно.
Джеррен резко остановился. Константин случайным движением чуть не снёс двуручным клинком голову старику, но, не проявляя на лице никаких эмоций, в самый последний момент остановился, убрав клинок.
Костя чуть отошёл от рыцаря, после чего задумчивым взглядом осмотрелся.
— Я пришёл слишком рано?
«Он… шутит?», — промелькнула удивлённая мысль в голове Мелины.
Мужчина неожиданно скосил на неё взгляд, слабо улыбнувшись. Призрачная дева вздрогнула.
Джеррен, услышав вопрос Погасшего, засмеялся.
— Думаешь, мы встречаем участников фестиваля катапультами и закрытыми воротами, Погасшая душа?
Константин невозмутимо пожал плечами.
— Предварительный отбор кандидатов. Кто попало не может победить полубога.
Смотритель замка засмеялся ещё громче.
— Да! Да, ты абсолютно прав! Добро пожаловать в пристанище побеждённых[126], Погасшая душа!
— Константин.
— Сам Константин из Погасших? Это многое объясняет!
Костя вздохнул, из-за чего смотритель вновь рассмеялся.
Мелину долгое время беспокоило положение её избранника, если он действительно станет королём. В какой-то момент она поняла, что не хотела бы, чтобы мужчина стал обычным инструментом королевы, который она могла бы выкинуть, когда того пожелает.
История первого короля была слишком показательной. Он был идеальным завоевателем, но не правителем. Возможно, в краткосрочной перспективе её мать с удовольствием бы воспользовалась тем, кого не могли остановить даже полубоги, но что было бы дальше? Захотела бы она оставлять подле себя кого-то столь опасного?
Кажется, опасения были излишними. Росла не одна лишь голая сила Погасшего. И если раньше этого стоило опасаться, то теперь Мелина чувствовала лишь радость и тепло на душе.
До фестиваля оставалось совсем недолго.
Пусть «фестиваль войны» и имел достаточно… громкое название, большим количеством участником он похвастаться не мог. Не только потому, что в Междуземье существовало не так много достаточно могущественных воинов, готовых рискнуть за шанс завладеть Великой руной, но и потому, что это был не первый фестиваль.
Оставалось лишь догадываться, сколько раз Джеррен уже проводил его. И со всем известным результатом.
Итого выходило, что те немногие, кто ещё имел смелость прийти на фестиваль, пройдя сквозь все опасности Звёздных пустошей, были либо достаточно сильными, либо достаточно безумными…
Либо просто идиотами.
— Дружище! — перекосило лицо Лоскутика. — Совсем не ожидал тебя здесь увидеть! Какая радость!..
«Кто меня тогда тянул за язык?!» — забегал взгляд разбойника.
Последнее, чего он хотел, так это вновь встретить полуголого психа. Он ему так и сказал! Так чего они встретились?!
Бывший разбойник фальшиво засмеялся, похлопав Костю по плечу, надеясь, что тот не помнит его последние слова.
Честно говоря, Константин до последнего не верил, что увидит его здесь[127].
126
127