Немного успокаивало то, что объявился настоящий друг мужчины. Друг, который помог Косте принять казуальный хардкор.
— Подумать только! — взволнованно вздохнул Александр, сжав кулаки. — Я могу сразиться с величайшим героем Раскола, полубогом во плоти… Я очень надеялся встретить тебя здесь, Константин!
Его голос оставался таким же интеллигентным, как и при их первой встрече.
Костя, спихнув с себя облокотившегося Лоскутика, улыбнулся.
— Я тоже.
Живой кувшин покачал… кувшином.
— По правде говоря, мне не по себе. У него жуткая репутация.
— Он просто настоящий соулслайкер, — невозмутимо заметил Костя.
Сколько он траил? Даже погрузился в казуальство, чтобы, будучи во всех смыслах перекаченным, не оставлять своего друга! У Радана был дух настоящего потного соулслайкера.
Как ни странно, о Радане у него было положительное впечатление.
— Именно! — ничего не понял Александр, впрочем, согласившись. — Но страх лишь убеждает меня в том, что это испытание стоит пройти!
— Это точно, дружище! — воскликнул Лоскутик.
Александр сконфужено покосился на лысого разбойника.
— Ты знаешь его, Константин?
— Он знаменит в определённых кругах, — спокойно ответил Костя.
— Конечно! — довольно засмеялся разбойник, потерев лысину. — Кто не слышал про Лоскутика Отвязанного?
— Никогда не слышал, — честно признался Александр.
— Этого можно было и не уточнять, знаешь? — приподнял бровь Лоскутик. — Тебя учили такту, груда мя…
Лоскутик, чувствуя, как его за лысую голову схватила чья-то нечеловечески сильная ладонь, тут же заткнулся. Чувствуя на голове такое давление, будто его голову сейчас взорвут как какой-то арбуз, бывший разбойник сконфуженно засмеялся, переведя взгляд на Костю.
— Я же просто пошутил, чего ты…
Миллисента, стоя чуть в стороне, с каким-то детским восторгом оглядывалась. В небе сияли яркие звёзды, она была в окружении столь необычных воинов, её сердце билось от сильного волнения!..
Вот чуть в стороне стоял молчаливый воин в странном круглом доспехе и острой шляпе. Рядом с ним был какой-то странный мужчина с гигантским молотом за спиной. По какой-то причине он казался достаточно… дружелюбным, несмотря на не самый обычный выбор оружия. Впрочем, на фоне следующего участника фестиваля он выглядел ещё вполне обычно: чуть дальше Миллисента увидела пришедшего с далёких земель мечника из Страны тростника.
Его маска, напоминающая облик невиданного чудовища, была не самой лицеприятной, но от этого только более любопытной. Кажется, она слышала, как он назвал себя «Окровавленным пальцем»?..
Чуть поодаль стояла настоящая служанка Пальцев. В закрытой одежде, ни с кем и не пытаясь заговорить, она разительно отличалась от той, кто следовала за её благодетелем.
Правда, по какой-то причине она показалась Миллисенте… слегка странной. То есть, нет, конечно, маловероятно, что служанка Пальцев будет сама по себе обычной, но даже так…
Она словно напоминала какую-то… куклу[128]?.. Неважно.
Не говоря уже про странного лысого разбойника и гигантский живой кувшин, с которым явно был дружен её благодетель.
«Никогда не думала, что у меня появится возможность поучаствовать в чём-то таком», — забилось ещё быстрее сердце Миллисенты.
Она смутно помнила, как дорогой ей человек рассказывал про господ, за которыми следовали в сражениях верные воительницы.
Чем больше она думала про их совместное уничтожение поражённых гнилью созданий — тем больше Миллисента видела в их пути отражение истории про господ и их воительниц.
Она уже совсем не хотела покидать мужчину, способного за один день уничтожать больше тварей, чем она уничтожала за месяцы охоты.
Миллисента хотела смотреть на перекаты и редкие парирования щитом Константина до самого своего последнего вздоха.
— Какой странный фрукт… Твой взгляд совсем не соответствует ситуации.
Ласковый, глубокий голос заставил Миллисенту на миг вздрогнуть. Она повернула голову на плечо, увидев слабо различимый образ миниатюрной чародейки. Мало того, миниатюрная чародейка была в такой же миниатюрной… э-эм… головоподобной короне чародеев?
Видя, как смутилась внешне спокойная воительница, чародейка весело захихикала.
К сожалению, её настроение было далёким от радости.
Селлена перевела взгляд на организатора фестиваля и того, кто однажды пообещал забрать её жизнь. Погибель, которая, стоит судьбе прийти в движение, отправится на её поиски.
128