Каждый, даже самый слабый противник, на каком бы уровне маленький казуал или трайхардер не был, может потенциально представлять опасность. Колебаться — значит проиграть.
Про собак и говорить нечего.
Правда, конкретно в данном случае причина раздевания была другой:
Костя, истинный потный соулслайкер, пробудившийся ото сна, как и подобает любому опытному игроку в какой-то момент своей потной карьеры, просто издевался.
Нагло, показательно, мужчина всем своим видом демонстрировал, как относится к тяжелой броне рыцаря горнила. И тот чувствовал это.
— Облачись в доспех, Погасший!
Одной Великой Воле было ведомо, как тяжело рыцарю леди Танит было сдерживать себя. Открыто насмехающийся над ним Погасший даже не пытался проявить к нему минимальное рыцарское уважение! Ни капли!
— Твоя броня ограничивает тебя, — заострился взгляд Кости, словно у опытного трайхардера, который хочет помочь невинному новичку, который до соулслайков максимум играл в симулятор уборщика. — Думаешь, если прокачался и нашёл хороший сет, стал неуязвим? Это уже не казуальство и попытка упростить себе прохождение. Ты просто нуб.
Мужчина насмешливо ухмыльнулся, неожиданно похлопав, после чего…
Просто и без затей лёг на выжженную землю, распластавшись на ней, словно решил передохнуть[177].
Честно говоря, его действия были… мягко говоря странными. Но от того лишь более раздражающими: рыцарь горнила не выдержал.
Позади него сформировались энергетические ангельские крылья, огромный меч в руке наполнился силой. Вспышка, закованный в броню рыцарь оказался прямо перед лениво развалившимся Костей, желая своей силой разорвать наглеца на части, только вот…
В принципе, всё и так было понятно.
— Страшные перекаты… — прошептала подошедшая на звуки сражения Райя.
Костя, то и дело похлопывая разъяренного рыцаря по плечу, перекатывался вокруг него, что выглядело на первый взгляд странно…
…да и на второй, третий…
Но при этом вся та плавность, вся грациозность перекатов, переносивших на какие-то жалкие доли секунд Костю за пределы пространства-времени, были до смешного завораживающими. Отточенные, точные, словно совершенный танец. Танец перекатов.
Пусть его исполнение сводилось к повторению одного и того же, общая… постановка была такова, что каждый новый поединок и, соответственно, каждый перекат был по-своему особенным.
Совершенство.
Селлена кивнула, не удивившись тому, что Мелины и след простыл.
Если уж генерал Радан не мог убить Погасшего, то что говорить про рыцаря горнила? Безусловно, он был силён. Один из тех, кто некогда поклялся первому королю Элдена, пережив не одну Эпоху Междуземья, но он и близко не был одним из сильнейших полубогов.
Итог был закономерен: Константин победил. Истощил соперника, довёл до состояния, что тот просто опустил меч и упал на колени, признавая полное превосходство опытного соулслайкера. Правда, к всеобщему удивлению женщин, финал оказался намного драматичнее, чем они могли изначально подумать.
— Перекаты… — слабо прорычал рыцарь горнила. — Как… как ты достиг такой силы, Погасшая душа…
Верный слуга леди Танит стоял на коленях перед невозмутимым Константином, смотрящим на него… нет, не сверху вниз. И не потому, что рыцарь горнила даже стоя на коленях был всё ещё выше Погасшего.
Скорее, Константин смотрел на рыцаря как мудрый опытный задрот, увидевший в нубе потенциал.
— Я продолжал траить, пока у меня не стало получаться, — невозмутимо произнёс Костя. — Когда же у меня начало получаться, я не остановился.
— Не остановился?.. — прошептал рыцарь горнила.
— Разные билды, челленджи…
Костя цепким взглядом осмотрелся, после чего шепотом произнёс:
— …спидран…
От его слов почему-то повеяло таким леденящим душу холодом, что прониклись все, даже не осознавая ужаса слов Погасшего.
Впрочем, он и не искал понимания.
— Ты подумал, что мир тебе дал всё и больше развиваться некуда, но ты слишком себя ограничил, — вдохновлённо произнёс Костя. — Настоящий соулслайкер не ограничивает себя какими-то условностями или даже игровым движком.
Рыцарь горнила, умудрившись уловить подтекст, неожиданно склонил голову. Сохраняя невозмутимость, но при этом без вызова. С холодной решимостью и признанием.
— Что я должен делать?
Костя вновь несколько раз похлопал, на этот раз не став вкладывать в простой хлопок насмешку. Лишь уважение стараниям.
177