Чем глубже Корин заходил — тем больше он видел этих кукол, и тем более жуткой становилось атмосфера.
Почему? Кто? Зачем кто-то создаёт копии одного и того же простолюдина?
Вместо того, чтобы узнать дорогу и найти учителя Золотую Маску, священник начал задумываться над тем, чтобы на время покинуть жуткий регион, и лишь желание встретить героя толкало его вперёд, несмотря ни на что.
В крайнем случае, незримо следовавшая за ним служанка может попробовать спасти его и перенести в крепость. Брат Корин был не из тех, кто так просто бежит от проблем.
К счастью, на этот раз судьба улыбнулась священнику.
Ну, или почти.
— Брат Корин?
Идя по тропе, переполненной безликими простолюдинами, Корин больше всего на свете боялся того, что они резко оживут и нападут на него.
Не нужно было уточнять, какой была реакция священника: он испуганно вскрикнул, покрывшись золотистым светом, уже думая дать бой не на жизнь, а на жизнь во смерти, но, к собственному удивлению, успокоился практически моментально: голос.
Он был знакомым.
Корин, чувствуя, как у него от страха свело желудок, медленно повернул голову, увидев перед собой знакомую фигуру Погасшего. Одетую фигуру Погасшего.
— Константин?.. — глупо переспросил священник.
Вытянувшийся на голову Погасший, появившийся из ниоткуда, улыбнулся.
— Я знаю, где Золотая Маска.
— А?..
Почему-то Корину показалось, что ранее безразличные простолюдины, заполонившие собой всё Плато Альтус, с вызовом уставились на Константина.
Но, наверное, показалось.
Глава 50
Сказать, что герой Золотая Маска не внушал доверия — значит ничего не сказать. Он выглядел так, будто раз эдак пять сгорел заживо и провёл большую часть жизни (и, возможно, смерти), сидя на диете из лучей Древа Эрд.
Стоя на разрушенном мосту, он молча смотрел вдаль, в сторону возвышающегося Древа Эрд, над чем-то думая.
Единственная причина, по которой Костя вообще понимал, почему Корин столь почитает прославленного героя — тот факт, что он, очевидно, был верным своим идеалам трайхардером. Возможно, самым настоящим, в отличие от Кости, так или иначе погрязшем во всех пороках соулслайков.
В конце концов, Золотая Маска путешествовал фактически голый, прикрываясь лишь ничего не скрывающим золотым украшением. И, очевидно, в отличие от Кости, который уже успел привыкнуть большую часть времени ходить одетый, Золотая Маска что-то менять в своей жизни не собирался.
Кто он, если не настоящий, верный идеалам трайхардер?
— Герой Золотая Маска! — не мог поверить спрятанным под повязкой глазам Корин. — Это правда вы! Для меня это честь! Но что это я, меня зовут…
— …
Золотая Маска, чей указательный палец был направлен куда-то в сторону Древа, едва-едва заметно шевельнул им[203].
— Ох, так вы знаете про меня! — едва не всплакнул Корин.
Самым здесь пугающим Константин находил то, что и сам каким-то образом по движениям пальца худощавого человека умудрялся подсознательно улавливать какие-то смыслы.
Общение с первородным казуалом явно не прошло даром.
К несчастью, Костя пришёл не наблюдать за движением пальца, а общаться с ним. Точнее, не с самим пальцем, а его обладателем. Наверное.
— Золотая Маска…
— Константин! — испуганно вскрикнул Корин. — Ты мешаешь размышлениям Золотой Маски!
Палец Золотой Маски неуловимо изменил траекторию.
Он был совсем не против того, чтобы Погасший заговорил.
— Ах! — опустил голову священник. — Я совсем забылся, мне так жаль…
Конечно, Корин не забыл, кем был Костя и что именно он был тем, кто смог поселить семена сомнений в его сердце. Но Золотая Маска должен был быть тем, кто смог бы развеять их. Прославленный герой, тот, кто понимает Золотой Порядок больше кого-либо ещё.
Костя, видя, что священник больше не пытается помешать ему, вновь заговорил:
— Меня зовут Константин, можно просто Костя.
— …
— Я хочу с тобой обсудить лор.
— …
Очевидно, Золотая Маска был весь во внимании.
Костя недолго помолчал, после чего…
Видимо, для большей драматичности выполнил принцип регрессии.
— Радагон — это Марика[204].
— …!
Палец Золотой Маски неконтролируемо задрожал. Брат Корин, будто узнав нечто запретное, безучастно открыл рот.
Костя приподнял бровь, удивляясь яркости реакции.
203
204