Действительно ли то, о чём он говорил, правда?
Сомнения. Фия никогда не испытывала столько сомнений. Практически всю свою жизнь она следовала чёткой цели и ничто не могло повлиять на неё. Кто бы мог подумать, что, желая принять в себя частичку силы очередного Погасшего, она сама себя отравит.
Отравит самым сладким и желанным ядом из всех возможных.
Даже сейчас ей всё ещё хотелось, чтобы её тело наполнила неземная сила мужчины. Пропитала каждую частичку тела, осела где-то глубоко внутри, наполняя непередаваемыми ощущениями.
К счастью, был человек, что мог помочь разрешить её вопрос. Единственный человек, которому она могла доверять, несмотря ни на что.
— Как думаешь, милый Рожер, стоит ли мне довериться ему?
Услышав её вопрос, мужчина хмыкнул, поправив шляпу, впрочем, вмиг став серьёзнее.
— Да.
Фия слабо улыбнулась, удивившись неприлично серьёзному ответу милого Рожера. Всегда нежный и ласковый с ней, мужчина, будто зацепившись за что-то, изменился.
Она совсем не ожидала, что обычно бесприкословно слушающий её воин-чародей, столь зависимый от её объятий, примет сторону Солнца.
Возможно, он знал, чем закончится её путь? Хотел этого избежать, убедив поверить странному Погасшему, несущему веру в своё Солнце?
— Я доверюсь тебе… — вздохнула Фия, положив руку на гигантский драконий труп.
Пусть его тело было разъедено самой концепцией смерти, сознание продолжало существовать и охранять своего старого друга[236].
Мужчина, услышав, что небезразличная ему женщина не стала спорить, натянул на лицо незатейливую улыбку, в очередной раз поправив шляпу, впрочем, на деле не испытывая такой большой радости:
«Маричьи округлости, этому безумцу стоит поторопиться…»
Он видел, какой нетерпеливой стала спутница мёртвых, разглядывая труп. Витавшая в воздухе чудовищно концентрированная энергия смерти пусть пока и не поразила их, в любой момент могла сделать это, и Фия словно жаждала этого: прикасалась к трупу, с удовольствием вдыхала пропитанный смертью воздух, в конце концов, выглядела так, будто в любой момент могла лечь и…
Вздремнуть[237].
И что ему делать, спрашивается?!
Он уже давно хотел поговорить с Погасшим как мужчина с мужчиной, но тот, договорившись с ним на поединок, словно испарился. Как бы Рожер не пытался перехватить деятельного безумца, явно стремящегося как можно быстрее освободить Междуземье от многовекового застоя и стать новым королём, каждый раз он всё время ускользал от него.
При этом каким-то образом находя время на объятья с небезразличной ему женщиной!
Воин-чародей мысленно поморщился.
В нынешней Эпохе было трудно найти место чувствам. Они все давным-давно были искажены и извращены. То, что испытывал Рожер к Фие, нельзя было назвать любовью в полном понимании этого слова.
Скорее, он во многом разделял её взгляды, она вызывала у него симпатию и дарила столь необходимое тепло, радуя сердце далеко не молодого, пусть и бодрого Погасшего нежной материнской улыбкой.
И не только материнской, в принципе…
Рожеру было тяжело выразить свои чувства, но то, в чём он был уверен — пусть он и был рад, что спутница мёртвых смогла на время переключить своё внимание с первого мёртвого полубога на другое существо, слишком большой радости от ситуации он не испытывал.
Ему нужно было убедиться. Поговорить с Погасшим.
В глубине души воин-чародей хотел, чтобы спутница мёртвых оставила своё предназначение и зажила свободно, не обременённая таким… долгом. И Рожер надеялся, что Константин разделял его мысли.
Всё остальное было для него не столь важно.
Стоило ли напоминать, что Константин полностью поддерживал позицию казуала, не собираясь пропускать столь важный квест?
В конце концов, счастье вайфу первостепенно, даже если они пытаются всеми силами от этого счастья сбежать.
Наверное, это особенность любого сколь-либо тёмного фэнтези…
— Хо?
Рожер прищурился, увидев, как сквозь миазмы смерти к ним стали приближаться две высокие фигуры. Уже думая схватиться за меч, Погасший с удивлением узнал в фигуре знакомого, заметно вытянувшегося с последней встречи.
Впрочем, на фоне рогатой женщины, идущей рядом с ним, Костя выглядел ещё относительно… обычным.
— Мы уже думали, что ты забыл про нас, Константин, — хохотнул чародей, приподняв в приветствии свою шляпу.
— У меня были мысли отправить проекцию, но потом я решил, что надёжнее будет прийти сюда лично, — невозмутимо ответил Константин.
236
237