— Они привыкли к безопасности, которую обеспечивает печать, — со злой иронией в голосе прошептала Селлена. — Я слишком давно здесь не появлялась…
Ей, очевидно, нравилось её маленькое приключение. Константин же упорно ничего не говорил, чувствуя, как с каждым шагом на него всё больше давило… Всё.
Мужчина твёрдым шагом беспрепятственно проходил через многочисленные улицы, постепенно приближаясь к сердцу Академии, к которому его вела Селлена. Окружающая архитектура вполне себе соответствовала Междуземью: она была странной, многоступенчатой. Чтобы углубиться в Академию ему приходилось проходить через здания, внутри которых были расположены лифты, что вели его всё выше и выше.
К удивлению мужчины, направляющая его Селлена узнавала немало проходящих мимо них NPC… то есть, людей, что не могло не вводить Константина в ступор. Всё же, так получалось, что большую часть времени он контактировал лишь с теми, кого так или иначе знал по квестам. Упоминания же кого-то неизвестного…
Смущали.
— А-а-а, Кельвар… Я помню его. Он отказался от моего маленького эксперимента. Какой дурак…
— Эллида? Какая неожиданность. Природа всегда была к ней жестока, с момента нашей последней встречи ничего не изменилось. Какая жалость.
— О, Горак! А он выглядит лучше, чем я думала. После того эксперимента с марионеткой на нём совсем лица не было. Время лечит!
— …Луиза, вроде бы?.. Да, что-то такое помню…
Поток имён медленно проникал в сознание мужчины. Он пытался игнорировать погрязшую в воспоминаниях вайфу, но у него получалось плохо: совершенно неважных казуалов облачали в имена и истории, которые, мягко говоря, мужчине были неинтересны.
Как-то до этого он не ценил то, насколько неполноценным был квест Селлены. Думал, что это недоработка. Оказалось, что разработчики просто беспокоились о соулслайкерах, избравших путь тьмы[58].
Нет, даже не так. Константин в принципе был рад тому, что на Академии завязан самый минимум квестов и он мог без лишних терзаний зачищать локацию.
Теперь же это было уже не так просто.
Чем сильнее углублялся мужчина в Академию, приближаясь к дворцу королевы, тем меньше становилось чародеев. Вместо них увеличивалось количество ужасающих марионеток, на крышах зданий Константин всё чаще видел перекошенных созданий, к которым грубо пришивали крылья. Твари не могли летать долго, но благодаря магии они имели возможность ненадолго обходить чисто технические ограничения, получая преимущество и в бою.
Медленно, но верно Академия становилась мрачнее, всё больше открывая лик чародеев Междуземья: обезумевшие астрологи, прикоснувшиеся к силе, которая может подарить им могущество, что не снилось простым смертным. Путь к бессмертию.
Бесчеловечные исследователи, совсем не избегающие опытов над живыми и мёртвыми. За смехом многих чародеев скрывалось то, что скрывалось практически в каждом человеке, умудрившемся выжить в Междуземье Эпохи Раскола.
На самом деле, по косвенным признакам это можно было понять с самого начала: многие чародеи ходили почему-то босиком, часто одежда чародеев была грязной, не выдержавшей испытания времени; многочисленные казуалы обладали до неприличного бледной кожей, сами были худыми и явно недоедающими. В глазах многих улыбчивых, самых обычных астрологов виднелся свет безумия.
Застой и отсутствие смерти не могли не извратить то, что и без того было извращенно.
Как бы странно это ни звучало, настроение Константина, чем мрачнее и гротескнее становилась обстановка, тем сильнее улучшалось. Окружение меньше начинало на него давить, всё становилось более привычным и понятным.
Битвы, конечно же, было не избежать, как бы вайфу не старались. И Константин это понимал с самого начала. Шёл у них на поводу, но полностью не прогибался.
Он уже прошёл большую часть пути, за что, конечно, был благодарен заботе вайфу. Всех вайфу. Другой вопрос, что у него были и свои планы.
Планы, да…
— Остановись.
Константин остановился, услышав топот чародеев за спиной. Очевидно, он привлёк нежелательное внимание.
— А я говорила тебе пойти через крыши!.. — прошипела Селлена.
Дворец королевы был уже довольно близок. Настолько, что мужчина мог вдалеке его видеть, отрезанный от остальной Академии, возвышающийся над всеми остальными.
Погасший давно поднялся на уровень, где простые казуалы обычно так просто не ходили. Селлена говорила ему выбраться на крышу и пробраться выше иначе. Она бы могла попытаться сокрыть его от лишних глаз. В Академии были пути, про которые практически никто не знал и которые могли вывести его к цели без лишнего привлечения внимания.
58