Кажется, он только что вновь прошёл через моральные терзания.
Кто бы мог подумать, что уже совсем скоро и саму воительницу ждали терзания?..
Их сокрытая от мирских глаз под скалой среди ядовитых болот деревня была разрушена. Никто в здравом уме никогда не станет возводить поселение в подобной местности, но про какой здравый ум говорить в Междуземье Эпохи Разлома? Был ли выбор у презираемых «недолюдей» в практически мёртвом мире?
К сожалению, им это не помогло. Проклятые разрушили её практически до основания, и было тяжело сказать, сколько с того момента прошло времени. Немногие выжившие были совсем не готовы к тому, чтобы встречать новых гостей.
Альбиноры были малочисленной расой. Многие презирали их, считали искусственными, фальшивыми, неполноценными пародиями на людей, которых эти же люди и породили.
У альбиноров была одна существенная слабость, из-за которой они так и не смогли стать полноценной расой, с которой бы считались, несмотря на огромный магический потенциал: ноги. Чем старше они становились, тем сильнее они отказывали, в какой-то момент буквально рассыпаясь на частицы энергии, предвещая скорую смерть.
Возможность ходить у них пропадала ещё в довольно молодом возрасте, что в Междуземье было равносильно смерти. Немногие альбиноры, обладая столь существенным недостатком, могли из себя что-то представлять, и потому Латенна выделялась на фоне остальных особенно большой силой, которая была очевидна даже без возможности ходить самостоятельно.
Латенна встретила чужака насторожено: не только его доспех, покрытый чёрным золотом с маской в виде черепа, внушал опасения, но и сам факт того, что он искал их. Не потеряв разум, никто не станет тащиться к ним сквозь болота в фактически мёртвую деревню, не имея каких-то скрытых целей.
По крайней мере, на хардкорных фанатов соулслайков, исследующих любимую локацию, Латенна до этого не натыкалась, к счастью.
— Уходи, Погасшая душа, — негромко произнесла Латенна, натянув тетиву. — Мы не рады чужакам.
Конечно, она сразу поняла, кто перед ней.
Огромный волк, на котором сидела женщина с луком, угрожающе зарычал. Впрочем, это совсем не испугало Эншу из королевских останков.
Не самое обычное имя и ещё более необычное прозвище. Его видели в крепости редко, но когда видели — он всегда был где-то поблизости от предводителя Погасших. Один из самых верных его соратников, готовый выполнить любой, даже самый грязный приказ хозяина.
А ещё у него не было никакого бэкграунда[65].
— Я пришёл за тайным медальоном. Где он?
Холодный, лишённый эмоций голос заставил бледную как мел женщину на миг потерять самообладание.
Взгляд Латенны сместился в сторону. Всего на долю секунды женщина пересеклась взглядом со скрывающимся за домами старым альбинором. Тот медленно покачал головой, после чего исчез, спрятавшись под иллюзией.
Она должна выиграть немного времени, чтобы он успел уйти… отползти достаточно далеко.
— Я не понимаю, о чём ты, Погасший, — холодно ответила альбинорка. — Уходи. Это моё последнее предупреждение.
Энша опустил взгляд на скалящегося волка.
— Возможно, ты заговоришь, если я лишу тебя твоей половины?[66]
В тот же самый миг вспыхнувшая от ярости женщина выпустила заряженную чарами стрелу, от которой Погасший легко увернулся.
В одной его руке была странная кость, в другой — посох, который он поднял, словно обращаясь к кому-то. Огромные чёрные шары энергии направились в Латенну с её волком, словно молнии. Лютоволк едва избежал атаки, после которой альбинорка отправила в чужака град стрел, от которых он вновь без лишних проблем увернулся, резко начав сокращать дистанцию. Его рука окрасилась красным.
Любой бы, кто наблюдал за происходящим со стороны, понял, что у Латенны изначально не было шансов: магия Энши была сильнее, он превосходил что волка, что Латенну как в силе, так в скорости с мастерством.
Вероятно, Энша должен был сократить дистанцию и оборвать жизнь волка прямо на глазах альбинорки, чтобы выпытать у неё всю информацию. Но этому не суждено было случиться.
Энша за свою долгую жизнь видел множество стилей боя: изящные, жёсткие, хаотичные и звериные. Мужчина был уверен, что его уже ничем нельзя было удивить.
Но он ошибался.
На него сделали перекат.
Честно говоря, Энша растерялся. Несмотря на весь его гигантский опыт, это был первый раз, когда на него кто-то перекатывался. Слишком странно, слишком абсурдно. Но при этом исполнено настолько совершенно, настолько идеально, что слуге предводителя Погасших показалось, будто он увидел начало прекрасного танца.
65
66