Видимо, посчитав, что сказал всё, что хотел, Гидеон ушёл, оставив Константина наедине с Родерикой.
— Твои подвиги вдохновляют и ужасают меня, Константин, — глубоко вздохнула Родерика, всё ещё думая над тем, как его… поздравляла Фия. — Хвала небесам, что с тобой всё в порядке…
Костя видел, насколько неудобно было Родерике. Казалось, с каждым его появлением она чувствовала себя перед ним всё более незначительной и жалкой. Ни на что не способная трусиха.
Ей чисто физически тяжело было находиться перед кем-то, кто, расхаживая в бою в одной набедренной повязке, с самым невозмутимым видом подчинил огромный Замок, целую Академию и ещё сверху забрал две Великие руны.
Будет ли чувствовать себя комфортно бедный простолюдин перед влиятельным аристократом? Родерика, находясь рядом с Константином, испытывала похожие ощущения.
Только аристократом, любящим в бою раздеваться, но, конечно, у каждого свои странности: сила мужчины позволяла ему то, чего не было позволено другим.
Да и, чего уж там, Родерика была бы совсем не против, если бы Константин взял и вне боя разде…
Девушка почувствовала, как её лицо окрасилось в цвет её алого капюшона.
— Ты всё ещё не нашла своё призвание? — аккуратно поинтересовался Костя, видя, насколько задумчивой стала девушка.
Очевидно, пришло время продвигать её цепочку квестов.
— Нет… — неуверенно ответила девушка, немного придя в себя. Напоминание мужчины вернуло её в правильное, депрессивное русло. — Но я не сдамся!
Родерика сжала кулаки. Впрочем, по тому, как затряслись её руки, становилось очевидно, что ещё немного, и она может окончательно сдаться.
У неё не было таланта к оружию, не было у неё таланта и к чарам. Молитвы, и те ей не давались. Казалось, Великая Воля решила сделать из Погасшей полную, беспросветную бездарность.
— У тебя есть талант, — сурово произнёс Константин. — Просто нужно продолжать траить и не сдаваться. Попробуй позже зайти к кузнецу. Мне кажется, он сможет тебе помочь.
Родерика удивлённо моргнула.
Кузнец? Сможет помочь?
— Я… я попробую… Д-думаю, я должна уже идти… Была рада тебя увидеть, Константин…
Девушка поспешно ушла-убежала, оставляя Костю у огромного скопления благодати одного.
Дела внутри крепости, естественно, у него ещё не закончились. Стоило признать, Константин после всех испытаний начал намного легче переносить внимание толп, которые не хотят его убить. Ну, в большей степени.
Конечно, первым делом Константин направился к кузнецу.
— Вы только посмотрите, это же обладатель двух Великих рун, — цыкнул Хью. — Хотя какая, в сущности, разница? Выкладывай своё оружие.
Константин моргнул.
— Я тебе уже давал меч.
Теперь моргнул уже кузнец.
— Да, что-то было такое…
Мужчина, решив не развивать тему, молча и без затей достал из одному ему понятного места кузнечные камни. Не один и не два, они кучей были выложены перед кузнецом.
Константин понятия не имел, как работают здесь механики прокачки оружия, поэтому просто предпочитал нафармить побольше камней и лишних рун, чтобы кучей их сунуть Хью и там он уже дальше сам разберётся, что делать.
— А ты не терял времени зря, Погасший… — удивлённо воскликнул Хью. — Где ты их только достал?
Кузнечные камни не были каким-то валявшимся на земле мусором. Они были наделены во всех смыслах сверхъестественными свойствами, благодаря особой, постепенной, медленной обработке наделяя обычный металл свойствами, которые позволяют навредить даже духовным существам.
Они были настолько ценны, что, по большей части, рабы только и занимались, что их добычей.
— Любой опытный соулслайкер привык обходить всю локацию, чтобы в конечном итоге найти одно дополнительное бесполезное перо и остаться полностью довольным.
Конечно, он тратил немного времени на поиски пещер, где их добывали. И пусть, в отличие от игры, они оказались удивительно пустынными, залежи удавалось найти всегда.
Почему-то Мели-Мели сильно удивлялась, когда он натыкался на заброшенные пещеры, словно это были не процедурно сгенерированные локации, цель которых состояла лишь в том, чтобы забрать лишний час его жизни[88], а какие-то давно утерянные из-за войны полубогов и последующего маленького апокалипсиса сокровищницы.
Как ни странно, Константин не слишком любил пещеры. К сожалению, ему всё ещё нужно было получить нормальное оружие.
Пока что он пользовался «расходниками» в виде всё чаще ломающихся мечей, дубин и, как недавно показала практика, молотов, просто не выдерживающих его всё растущей силы, но вечно так продолжаться не могло: если бы молот разрушился до того, как мужчина успел показать Реннале кусочек мувсета Радагона, он бы себе этого не простил.
88