Форестер окинула меня взглядом, который я так и не смогла прочитать: то ли изучала, то ли хотела что-то сказать, но не решалась.
– Похоже, ты ему действительно нравишься.
– Надеюсь, – я вновь отхлебнула кофе.
Беседа выходила странной и скомканной, и мне было не совсем ясно, с какой целью Анна ее вообще затеяла. Она даже не была подругой Алекса. Она была подругой его брата.
– Я чувствую твое напряжение, – девушка улыбнулась.
– Что? Нет! Я просто… – Я растерялась, подумав, что обидела ее.
– Расслабься. Я давно знаю Митчеллов, и они мне как семья. А поскольку ты теперь кандидатка на то, чтобы стать ее частью, хочу познакомиться с тобой поближе.
Вместо ответа я сделала несколько крупных глотков, чувствуя себя неловко.
– Линда, или ты постоянная обладательница премии Скромность Года, или хорошо притворяешься.
Когда Анна смеялась, то немного жмурилась и морщила нос, а ее верхняя губа приподнималась, демонстрируя целый ряд идеально ровных зубов. Ее улыбка казалась по-детски искренней и заставляла умиляться. И даже сейчас, глядя на нее и слушая ее негромкий смех, я сама не удержалась от улыбки.
– Ты тоже не понимаешь, как мы могли сойтись с Алексом?
– Совершенно не понимаю! – заявила Анна, не прекращая улыбаться. – Но ничто в нашей жизни не бывает просто так, да?
– Это точно.
Форестер подалась вперед:
– Может, ты сама хотела бы со мной поговорить о чем-то конкретном? Не стесняйся, я выступила инициатором этой встречи, и я готова ко всему.
Я долго смотрела на нее, не решаясь завести тему, которая беспокоила меня больше всего и с которой Анна могла бы мне помочь.
– Этот разговор ведь останется между нами?
– Разумеется.
Я нерешительно вздохнула.
– Понимаю, Элиас твой друг и все такое… Но мне с трудом дается общение с ним. Он со всеми новыми знакомыми грубит и язвит? – Анна заметно оживилась и внимательно посмотрела на меня. – Он предвзято ко мне относится, и я не понимаю почему. Мне нравится Алекс, и я хочу быть с ним, но пребывание в одном доме с ним и его братом вызывает определенные трудности. Элиас, он…
– Своеобразный, да? – Девушка поднесла стакан к губам и дернула бровями.
– Можно сказать и так.
Сделав глоток, Анна отставила стакан и снисходительно улыбнулась:
– Элиас редко впускает в свою жизнь новых людей. Только тех, в ком уверен.
– Но я не сделала ничего плохого…
– Не бойся его. Он безобидный.
– Если честно, не представляю, как вы с ним общаетесь.
– Я знаю Элиаса очень давно. Мы пережили с ним такие события, которые так просто не забываются.
– Алекс рассказывал, как он заступился за тебя.
Анна сделала глубокий вдох, будто хотела что-то сказать, но вдруг поморщилась, а потом натянуто улыбнулась:
– Да.
– Алекс говорил, вы пытались встречаться…
– Этот Алекс – несносный болтун! – шутливо возмутилась Анна. – Но да, пытались, и это было довольно неловко.
– Миссис Митчелл надеется, что вы поженитесь.
– О боже, я чувствую себя так неудобно всякий раз, когда она говорит о нашей возможной свадьбе. Я люблю Элиаса, но как друга. – Форестер склонила голову набок, глядя на меня со странной улыбкой. – Не воспринимай его грубость на свой счет. Ты читала «Гарри Поттера»? Вот с Элиасом, как со снитчем – открывается под конец. – Я недоуменно посмотрела на нее. Анна снова засмеялась. – Мои слова тоже на свой счет не принимай. Все наладится, Линда, я уверена.
Между тем, мой перерыв затянулся. Мы допили кофе, и Анна проводила меня обратно до книжного магазина. Перед тем как попрощаться, она вдруг стиснула меня в объятиях и негромко произнесла на ухо:
– Ты хорошая девушка, Линда, и теперь я понимаю, почему ты ему нравишься.
Я проводила ее взглядом до припаркованного неподалеку красного миникупера, все еще не до конца понимая, зачем Форестер нужна была эта встреча.
Я не поставила маму в известность о том, что решила приехать домой на «побывку», поэтому, когда зашла, меня встретил не только оглушительный лай Бруно, но и ее удивленный вскрик, а затем последовавшие за ним объятия.
Как я и предполагала, мама была не сильно озабочена не только готовкой, но и уборкой. Очевидно, полагая, что кормить кроме себя и собаки некого, она обходилась бутербродами и полуфабрикатами, количество коробок от которых привело меня в ужас.
Наобнимавшись с мамой, я принялась стаскивать с кухонной столешницы коробки из-под митболсов [16], куриных крылышек и пиццы.
Первые полчаса мы потратили на то, чтобы привести дом в божеский вид, пока Бруно скакал вокруг нас и думал, что мы, шурша мусорными пакетами, призываем его поиграть.