Алекс закатил глаза и исчез за спинкой сиденья. Через пару секунд раздался щелчок ремня безопасности.
– Ну так что? – продолжил он.
– Как скажете, – ровно сказал Элиас.
– Этого спрашивать бесполезно. – Алекс махнул на него рукой и выглянул ко мне с другой стороны сиденья: – Детка, вся надежда на тебя.
– Я не знаю, – протянула я. – Если ты так хочешь…
Алекс шутливо свел брови:
– Не понимаю, как так произошло, что двое моих самых любимых на свете людей оказались такими занудами? Решено! – Младший Митчелл вновь выпрямился. – Едем в «Subway»!
– Ты же понимаешь, что Глория убьет тебя, если узнает, чем ты питался? – деловито поинтересовался Элиас.
Алекс поднял в воздух указательный палец:
– Ты слышал, что я сказал пару секунд назад? Я назвал вас своими самыми любимыми людьми! А это значит, что у вас нет никакого морального права сдавать меня Глории.
После этого мы с Элиасом должны были бы весело усмехнуться, и я была благодарна старшему Митчеллу за то, что он сделал это, пусть и довольно натужно, за нас двоих.
Алекс не умолкал ни на минуту всю дорогу до «Subway» и, казалось, совершенно не чувствовал парившего в салоне автомобиля напряжения. Хотя, быть может, и чувствовал, а потому пытался снизить градус бессмысленной болтовней.
Во время очередной глупой шутки я протянула руку и погладила его по плечу. Алекс взял мою ладонь и прижался к ней губами. Могу поклясться, что услышала шумный вздох Элиаса.
– Лесси, притормози-ка там! – внезапно воскликнул Алекс.
Старший Митчелл проехал несколько десятков метров и завернул на парковку возле скопления маленьких магазинчиков.
– Я сейчас! – Никто не успел сказать и слова, как Алекс выскочил из машины и оставил нас с Элиасом одних.
Я продолжала прятаться от зеркала заднего вида за передним пассажирским сиденьем, но мне было видно спину Элиаса. Он полностью открыл свое окно, оперся на него локтем и прикрыл ладонью рот, смотря через дорогу – в сторону, куда убежал Алекс. Его правая рука лежала на ручке коробки передач.
Я нажала на кнопку стеклоподъемника, чтобы тоже чуть приоткрыть окно и глотнуть свежего воздуха.
– Алекс чуть с ума не сошел.
Я с недовольством посмотрела на свою дрогнувшую руку. Я не хотела, чтобы он со мной разговаривал. Не хотела разговаривать с ним. Не сейчас.
– Я поступила неразумно. – Мой голос звучал так же равнодушно, как и голос Митчелла, хотя ладони начали потеть.
– Впрочем, как и всегда.
Я резко повернулась к Элиасу, продолжавшему смотреть в сторону. Хорошо, что у меня не было возможности увидеть свое отражение, потому что мои щеки наверняка пошли багровыми пятнами.
– Ты не представляешь, как сильно я от тебя устала. От твоих насмешек, твоей грубости, твоей… – Я запнулась и тяжело задышала. – Знаешь, почему я сбежала сегодня в парк? Потому что физически не могла находиться в одном доме с тобой.
Поза Элиаса оставалась такой же расслабленной, но я заметила, как побелели костяшки пальцев, сомкнувшихся вокруг ручки переключения передач.
А я распалилась не на шутку, ругаясь с его затылком.
– Тебе плевать на чувства других. Ты не задумываешься о том, что твои слова могут причинять боль. Ты с самого начала только и делаешь, что колешь, и колешь, и колешь меня словами.
Митчелл чуть склонил голову.
– Пусть другие считают тебя обаятельным, внимательным – каким угодно, Элиас Митчелл, но для меня ты просто ужасен.
– Алекс возвращается, – спокойно произнес он.
Клянусь, если бы рядом со мной было что-то тяжелое, я бы огрела этим Митчелла по голове.
Элиас выпрямился и закрыл окно.
Я устало вздохнула и откинулась на спинку сиденья. Мне вновь стало видно водительское зеркало. В нем мелькнули покрасневшие глаза Элиаса. Я зажмурилась. Я только что довела до слез Элиаса Митчелла? Нет, это часть его игры. Пора было уже привыкнуть.
Но все равно где-то глубоко внутри что-то дрогнуло в бессильном отчаянии.
Передняя дверца открылась, и в машину сел Алекс. Он обернулся ко мне и с широкой улыбкой протянул круглую розовую коробку. Я переводила удивленный взгляд с коробки на парня и обратно.
– Держи, – шепнул он заговорщически. Я взяла коробку. – Открывай. – Было видно, что ему не терпится увидеть мою реакцию.
Я медленно стянула крышку и не удержалась от улыбки. Внутри в куче тишью [22] лежал с десяток киндер-сюрпризов.
– Алекс, – умиленно протянула я.
Алекс всегда дарил мне похожие наборы сладостей, когда замечал, что со мной что-то не так, и хотел поднять мне настроение.