Древние тонко чувствовали широкое движение эллинизации, которое за три века охватило всю Южную Галлию. Цезарь в «Записках о галльской войне» (I; 1, 3) заявил, что в провинции Нарбонн есть «культура» и <170> «гуманизм», отсутствовавшие в «лохматой» (нецивилизованной) Галлии. Согласно Страбону (IV, 1, 5), «массалийцы превратили свой город в большую школу для варваров и сделали галлов такими грекофилами, что даже деловые бумаги они составляли по-гречески». Юстин, переложивший «Историю» Помпея Трога на латинский язык, выразился еще определеннее, несмотря на то что некоторая риторическая напыщенность портит отрывок: «Под влиянием фокейцев галлы смягчились и вышли из варварства и научились вести менее суровый образ жизни, возделывать землю и окружать города укреплениями, жить скорее под властью законов, чем оружия. Прогресс был столь блестящ, что казалось, будто не Греция переселилась в Галлию, а Галлия оказалась в Греции» (Just. XLIII, 4).
Иберы и кельты Лангедока-Русильона
Эти оценки справедливы также для области между Роной и Пиренеями, в которой влияние Массалии было не меньшим, но этнический состав был иным. Кельтская народность волькиев наложилась здесь на иберов, народ неиндоевропейского происхождения [22]*, довольно близкий лигурийцам. Здесь сформировалась смешанная цивилизация, в которой кельтская аристократия повелевала коренным населением, связанным со старыми традициями. На озерной равнине Лангедока-Русильона население было довольно многочисленным. Люди жили в крепостях, расположенных у подножия холмов, часто у выходов долин, через которые перевозили руду к морю. Медь доставляли из Корбьера и Черной горы по рекам Эро и Орб, олово – с далеких Касситерид длинной дорогой через реки Од, Орб или Эро. Густо был заселен и район, соседствовавший с Пиренеями, куда выходил сухопутный путь, по которому привозились продукты разработки богатых кантабрийских шахт.
Массалийцы всегда вели торговлю между рекой Эро и Пиренеями в районе, который интересовал их зерновыми ресурсами и прежде всего запасами руды. В устье Эро они основали в VI в. до н. э. свою единственную в Галлии к западу от Роны колонию Агате (Агд). Раскопки на <177> холме, где и сейчас находится верхний город, открыли небольшой греческий городок со множеством черепков массалийской и кампанской керамики и тремя греческими надписями – надгробной, посвятительной и в виде частного письма. Но с IV в. до н. э. область между реками Роной и Эро постепенно завоевывали кельты. Таким образом, между Роной и Пиренеями греческая торговля нашла широкое поле деятельности и оставила там бесчисленные следы в крепости, на вазах и на монетах.
22
Видимо, баскский язык тесно, хотя и не прямо, связан с языком, на котором говорили иберы.