Подхожу к зеркалу и открываю раздел изменения внешности. Моему взору предстает большой выбор элементов одежды, а я пытаюсь найти что-то, чем можно спрятать дыру. Примеряю множество образов, но она никуда не исчезает. Все самое лучшее, самое красивое не может скрыть этого дефекта. Окончательно сдавшись, я выключаю зеркало и сажусь на пол, обнимая свои колени. Там, где красуется дыра, ощущается боль, но не резкая, скорее притупленная.
Делать совсем нечего. Поэтому я и мечтаю о том, что, когда игроки выходят из сервера, я исчезаю вместе с ними, иными словами – отключаюсь. Странно, что создатель не придумал для меня такой функции, это было бы намного удобнее.
Я думаю о том, что сейчас делает Юно в реальности. Может быть, мы уже никогда не увидимся. Тут только ему решать, ведь он живой человек, а меня не существует. От этой мысли появляется много других. Дыра в области сердца увеличивается.
Я пробую обнулить часть чувств к Юно (мне страшно стирать все), но это не работает. Они не обнуляются. Ни чувства, ни воспоминания.
Это свидетельство полной неисправности.
Отныне все, что происходит в «Элизиуме», медленно убивает меня. Не нужно больше ждать системного администратора, который обратит внимание на мои помехи и придет, чтобы стереть меня из памяти сервера. Я быстрее сотру себя сама.
Мне хочется поговорить с Леви. Но это теперь бесполезно. Ведь Леви больше не Леви. Не тот парень, которого я знала. Юно прав, но соглашаться с ним то же самое, что и предать Леви.
А этого мне совсем не хочется.
34. Cr4zy d3ath[62]
Леви сидит на крыше и наблюдает пасмурный закат. Взгляд у него хмурый, сосредоточенный.
– Леви, все собрались, – говорит Хаким, касаясь его плеча.
Леви оборачивается. Все члены его группы уже в сборе.
– Давно мы не собирались в реальности, – хищно улыбается он, окидывая взглядом небольшую компанию. – Ну что, как оцениваете наши успехи в приватизации?
– Слишком много несогласных. Когда мы в последний раз хакнули комнату, игроки буквально возненавидели нас, ивент был очень большой, – говорит один из парней.
– Ты про тот религиозный ивент с фанатиками? Не удивительно. То, что они там вытворяют – за гранью добра и зла. Мало того что в реальности это противозаконно, так они там такую секту развели… Сколько их было? – задумавшись, спрашивает Леви.
– Двадцать человек, – холодно отвечает Ада, подходя ближе к Леви. – И все они мертвы. По-настоящему.
Леви отходит от нее к краю крыши.
– Мы не будем брать ответственность за смерти игроков. За это должны отвечать разработчики. У меня к ним слишком много вопросов. Какого черта они создали чокер таким образом, что при взломе посторонними игроками обладатель чокера погибает? – Леви снова оборачивается и смотрит на своих единомышленников.
– Он посылает странный сигнал в мозг. Это словно недоработанная защита от взлома. Возможно, они не рассчитывали, что такое вообще произойдет, а потому и не изучили до конца этот эффект. При взломе сигнал очень сильный, облучающий. Человек моментально умирает, по крайней мере, так сказали по новостям, но исходя из моего изучения работы чокера, я думаю, они не врут. Все так и есть, – поясняет Хаким.
Он был главным помощником Леви, потому что больше всех разбирался в технике и в том, как устроена игра. Хаким был необходим им всем. Именно он научил остальных взлому без уведомления системы, отчего большинство их проделок остались незамеченными.
– Но это не отменяет того факта, что в смертях виноваты мы. Леви, мы не можем перекладывать всю ответственность на разработчиков, просто потому, что это и правда наша вина. Зная о таких последствиях, совершив не одну ошибку, можно найти и другой, менее жестокий способ приватизации. Но мы убиваем других игроков, таким образом совершая «зачистку комнат», – продолжает Ада.
Леви раздраженно вздыхает.
– Еще раз повторяю, это косяк разработчиков. То, что игроки умирают, не имеет ничего общего с тем, что делаем мы…
– Но ты же сам себя обманываешь! – громко произносит один из парней, на вид ему лет восемнадцать, худощавый и низкорослый.
Леви смотрит на него взглядом, полным гнева.
– Ты перебивать меня вздумал? – Он делает несколько шагов к нему.
– Но так и есть! – смело продолжает парень, но не успевает он сказать что-то еще, как Леви резко толкает его с крыши.
Все в ужасе замирают, даже не решаясь вздохнуть.
– Таких дураков стоит выкидывать из сервера раньше, чем они еще какую-нибудь глупость сморозят, – простодушно говорит Леви, будто ничего страшного не произошло.