Лишь несколько страниц отделяют это место от приведенного выше заключительного рассуждения. Мы видим теперь, что это последнее было подготовлено предшествующим развитием теории и что глубинный смысл его сводится в конечном счете к основному вопросу философии о соотношении бытия и сознания. Применительно к обществу он принимает форму основного вопроса материалистического понимания истории – о соотношении общественного бытия и общественного сознания.
Анализируя содержание «Анти-Дюринга» с точки зрения развития материалистического понимания истории, мы обнаруживаем даже элементы выхода за пределы того, что можно было бы условно назвать первоначальным или классическим марксизмом. В кардинальнейшем вопросе о соотношении общественного бытия и общественного сознания такой выход становится наиболее заметным. Но в этом нет ничего необычного, противоречащего духу великой революционной теории. Напротив: как и все в мире, марксизм развивается по законам диалектики.
Летом 1878 г. написанием предисловия к первому отдельному изданию книги Энгельс завершил работу над «Анти-Дюрингом» и возобновил работу над «Диалектикой природы». Началась новая фаза его теоретической деятельности, продолжавшаяся до весны 1883 г., когда смерть Маркса резко изменила всю ситуацию.
В отдельных произведениях и письмах Энгельса за период с лета 1878 до весны 1883 г. можно обнаружить частные разработки тех или иных элементов материалистического понимания истории. Таковы статьи «Общественные классы – необходимые и излишние» (август 1881 г.) и «Бруно Бауэр и первоначальное христианство» (апрель 1882 г.) и рукопись «Франкский период» (1881 – 1882 гг.), в которых Энгельс касается некоторых моментов теории классов и истории религии и применяет материалистическое понимание истории к исследованию феодализма[380].
Выдвижение новых идей
Первостепенное значение для дальнейшего развития материалистического понимания истории имел марксистский анализ выдающегося открытия прогрессивного американского ученого Л.Г. Моргана. Книга Моргана «Древнее общество» вышла еще в 1877 году. Зимой 1880 – 1881 гг. Маркс составил подробный конспект книги, а в 1882 г. влияние Моргана на исторические воззрения Энгельса уже обнаруживается в двух важных случаях.
В сентябре этого года Энгельс готовит первое немецкое издание своей работы «Развитие социализма от утопии к науке». В текст «Анти-Дюринга», три главы которого и были переработаны в эту брошюру, т.е. в текст, написанный всего шесть лет назад, Энгельс вносит теперь весьма существенное уточнение. В «Анти-Дюринге», говоря о возникновении материалистического понимания истории, Энгельс в 1876 г. писал: «Новые факты заставили подвергнуть всю прежнюю историю новому исследованию, и тогда выяснилось, что вся прежняя история была историей борьбы классов…»[381]. Теперь, в 1882 г., в это важнейшее положение (сформулированное еще в 1848 г. в «Манифесте Коммунистической партии») Энгельс вносит существенное временнóе ограничение: «вся прежняя история, за исключением первобытного состояния, была историей борьбы классов» и т.д.[382]
Впоследствии аналогичное уточнение Энгельс внес и в текст «Манифеста Коммунистической партии». К первому положению «Манифеста»: «История всех до сих пор существовавших обществ была историей борьбы классов», – в английском издании 1888 г. и в немецком издании 1890 г. он дал специальное примечание: «То есть вся история, дошедшая до нас в письменных источниках. В 1847 г. предыстория общества, общественная организация, предшествовавшая всей писаной истории, почти совсем еще не была известна». И далее он говорит об открытиях Гакстгаузена и Маурера относительно общины и об открытии Моргана относительно первобытного общества, которые и обусловили уточнение первоначальной концепции[383].
В органической связи с этой поправкой находится и другой случай. 8 декабря того же года Энгельс в письме к Марксу высказывает мысль, которую разовьет потом, уже после смерти Маркса, в «Происхождении семьи, частной собственности и государства» и которую впоследствии, и при жизни Энгельса, и много лет спустя после его смерти, некоторые авторы будут пытаться инкриминировать Энгельсу как его мнимое «отступление» от марксизма. Энгельс пишет Марксу: «Чтобы наконец полностью уяснить себе параллель между германцами Тацита и американскими краснокожими, я сделал небольшие выдержки из первого тома твоего Банкрофта. Сходство, действительно, тем более поразительно, что способ производства так различен – здесь рыболовство и охота без скотоводства и земледелия, там кочевое скотоводство, переходящее в земледелие. Это как раз доказывает, что на данной ступени способ производства играет не столь решающую роль, как степень распада старых кровных связей и старой взаимной общности полов (sexus) у племени. Иначе тлинкиты в бывшей русской Америке не могли бы быть чистой копией германцев, и, пожалуй, в еще большей мере, чем твои ирокезы»[384]. Об ирокезах пишет не Банкрофт, а Морган. Следовательно, выражение «твои ирокезы» прямо указывает на то, что в это время Энгельс уже знал об изучении Марксом книги Моргана.