Осмотревшись, вернулись к машине. Лера еще больше загорелась перебраться в общину, Веру вообще еле вытащили из жилого корпуса, она соскучилась общению с другими детьми и хотела остаться на базе сразу.
— Ребят, держите рацию, канал шестнадцатый, бьет километров на двадцать по прямой, из Геленджика вряд ли достанет, но по пути можете связаться. Когда вас ждать? — Семён передал Тимуру черный Kenwood TK-3306.
— Часа через два-три. Вещи соберем и приедем. — Ответил Юлаев и направился к машине.
15.48 по московскому времени
Подъезжая обратно к Кабардинке, Тимур заранее связался по рации с Семёном и сообщил, что будут через пятнадцать минут. Электричества в доме уже нет, но заводить генератор не стал. Был готов, к отключению, но думал, что это произойдёт позже. Собрали соме необходимое. Вещей у девушек оказалось немного. Тимур нагрузил один небольшой чемодан и армейский ранец, прихватив свой автомат. С печалью окинул собранный ими запас еды, пригнанный бензовоз и родительский дом. Не хотелось расставаться с тем, что успели сделать за эти дни, слишком много сил потрачено. Еще сильнее не хотелось уезжать из родного дома, возникало чувство, что он предает память о родителях и бросает их. Успокоил себя мыслью, что в любой момент может вернуться, но осадок все равно оставался.
Возле ворот общины встретил Семён с мужчиной в такой же серой форме. Открылись ворота, незнакомец залез в машину и подсказал куда ехать.
— Мне Дима зовут. — Высокий, смуглокожий, с короткой бородой-испанкой и черными волосами.
— Я Лера, это Тимур и Женя. — Улыбнулась с заднего сидения девушка.
Тимура кольнула ревность. Посмотрел на подругу в зеркало заднего вида и ему не понравилась её улыбка, точно такая же, как при их первой встрече.
Машину оставили в большом гараже. Дима помог девушкам с сумками и проводил в жилой корпус.
— Так девочки на втором этаже, мальчики на третьем. — Сказал он, как только подошли к лестнице.
— В смысле? — Удивился Тимур. — Мы что отдельно будем жить?
— Да. Таковы правила. Только семьи получат общие комнаты, но до семей пока рано. Сам понимаешь, куча людей в одном месте, и мужчин, и женщин. Надо максимально всех обезопасить, черт его знает у кого, что в голове.
Снова правила, снова диктовка, что и кому делать. Захотелось возразить, на крайний случай развернутся и уехать. Но Лариса. Он не мог оставить ее здесь, бросить одну. И девчонки вряд ли согласятся.
Навстречу вышла женщина лет сорока, с рыхлой кожей и крупной висячей родинкой на щеке.
— Привет! А кто это у нас здесь? — Она присела рядом с Верой и широко улыбнулась.
— Здравствуйте. Я Вера. — Девочка улыбнулась в ответ. — А как вас зовут?
— Алена Владимировна. Пойдешь к другим детям?
— Конечно. — Вера повернулась к Лере с Тимуром. — Можно?
— Беги конечно. Я потом за тобой приду. — Сказала Лера.
Девочка взяла за руку пришедшую женщину и направилась следом за ней в детскую комнату.
— Лера, правильно же, Лера? — Спросил Дмитрий. — Ты на второй, тебя там встретят. Тимур ты со мной.
Они проводили Леру до двери на второй этаж, передали ее вещи встретившей их крепкой женщине за сорок, сами пошли на третий.
— Вот твоя комната, ты тут пока один потом еще кого-нибудь подселим. Голодный?
— Есть немного. Дома не успели поесть, свет вырубили.
— Бросай вещи, покажу где столовая.
Спустившись на первый этаж, прошли по длинному коридору и вышли в широкий зал, заставленный столами и лавками. Справа в кафельной стене виднелись окна раздачи. Тимур привычно взял поднос, подошел к окну, пожилой мужчина в белом поварском кителе передал две тарелки и стакан чая. Овощное рагу, куриные котлеты, суп лапша. Привычный и вызывающий оскомину запах. Словно вернулся на две недели назад в армейскую столовку. Только формы не хватало, и натирающих сапог. Готов был услышать ждал приказов: «Смирно, равняйсь, вольно, разойтись!». Все тело пробрало мурашками.
— Автомат у тебя откуда? — Спросил севший рядом Дима, и разорвал пелену размышлений.
— Я в армии служил, как все началось, с собой прихватил — Нехотя ответил Тимур, принимаясь за еду.
— В какой части?
— Связисты, под Новочеркасском.
— Знаю-знаю. Так ты прямо там «Рассвет» застал?
— Что застал? — Переспросил Тимур.
— Ну «Рассвет», «Пурпурный рассвет». Так в интернете этот вирус прозвали. — Дмитрий отхлебнул горячего чая.
— А, ну да, прямо в части.
— Разбежались все?
Тимур посмотрел на Диму, подумав, стоит ли рассказывать, что дезертировал и решил, что это уже никому не интересно.
— Да, я с группой офицеров и сослуживцев покинул часть.
— Понятно. Так везде было, не переживай. Это не дезертирство. Глупо было бы остаться в части, когда все вокруг умирают. Против вируса автоматом не повоюешь. Что умеешь? Навыки полезные есть какие-нибудь?
Тимур задумался на минуту, поковырял рагу ложкой.
— Автомобиль вожу, недавно с бензовозом справился. Стрелял в армии неплохо.
— Хорошо. Я руководству передам, они решат, куда тебя приписать. Личные предпочтения есть какие-нибудь?
— А куда можно?
— Кухня, АХО[42], сельское хозяйство, рыбная ловля, рейдеры, ну те кто по мотаются по округе, продукты и все полезное в общину привозят. Энергетики, они отдельно от ахошников, привилегированные ребята. Охрана.
— Ну по своему набору навыков я, наверное, больше всего в рейдеры подхожу.
— Учтем. Ладно, смотри распорядок дня такой. С утра подъем, в семь часов. Пара часов на утренние дела. Потом завтрак. После него все расходятся по рабочим местам, кого-то на автобусах отвозят. В два часа обед. Те, кто далеко работают, сельхозники, например, они с собой берут. После обеда еще час перерыва. Потом опять работа до семи. Ужин, и дальше свободное время. Отбой строгий в одиннадцать часов. Суббота воскресенье выходные, но многие работают, труд помогает отрешится. Тебе вообще должно быть не сложно, привык же по распорядку жить. Некотором, кто уже в возрасте, тяжко жить по расписанию, но ничего, привыкнут.
Тимур слушал и молчал, хотя внутри все разрывалось. Он не хотел опять жить под чьим-то командованием, чтобы кто-то решал, когда ему спать и что делать. Он сам мог обеспечить жизнь, с топливом же справился, а остальное было не проблема. А сейчас оказался там, где на него опять одели ошейник. Если бы не Лера с Ларисой, уже бы собрал вещи и уехал обратно. К Вере сильно не привязался, и понимал, что ребенку будет лучше под надзором взрослых. Но, блин, Лера. При вспоминании о ней в солнечном сплетении заворочалось что-то теплое и мягкое. Приятная дрожь пробежала волной по телу. Вспомнил, что поселят отдельно, прервало порыв нежных чувств. Теперь как школьники, будут жить отдельно и бегать на свиданки. Он с силой сжал вилку до боли в пальцах.
— Ты чего такой смурной? — Спросил Дмитрий, стараясь заглянуть в глаза.
— За Ларису переживаю. — Соврал Тимур.
— Можем сходить проведать, если хочешь.
— Пойдем, как раз доел. — Тимур встал из-за стола и собрал грязные тарелки на поднос.
— Леру позовем? — Дмитрий снял с кармана рацию.
— Давай.
— Главная, это семнадцатый, кто сегодня в женском блоке дежурит? Прием.
Из рации раздался треск помехов, затем женский голос: — Семнадцатый, в женском Рыжая, прием.
— Спасибо, принял, отбой. — Дмитрий зевнул, почесал висок и переключил канал на рации. — Рыжая, ты на связи? Прием.
— Рыжая на связи, Дима ты? Прием. — Женский голос, искажённый помехами.
— Да, это я. У тебя там девочка новая — Лера, далеко? Прием.
— Нет, рядом. Я как раз ей белье выдаю. Прием.
— Скажи, что мы с Тимуром ждем ее у входа в жилой блок, пойдем Ларису проведаем. Прием.