Джейн Йолен
Эпитафия
Однако многие люди во всех краях земли Английской полагают, что король Артур не умер, но был по воле Господа нашего Иисуса перенесён отсюда в другие места; и говорят, что он ещё вернётся и завоюет Святой Крест. Я, однако, не стану утверждать, что так будет, вернее скажу: в этом мире он расстался с жизнью. Но многие рассказывают, будто на его могиле написано так:
«Hic jacet Arthurus rex quondam rexque futurus».
— «Смерть Артура»
Пробиться сквозь нестройные ряды протестующих оказалось делом нетрудным, но скандировали они просто оглушительно. Одни речёвки звучали на английском, другие — на каком-то более древнем языке.
Три репортёра взбежали по мраморной лестнице, оставив скопище молодых(в основном) людей трясти транспарантами перед плотным строем полицейских. Но эхо кричалок отдавалось от каменных ступеней и массивных колонн здания суда.
Макнил из «Рейтерс» похохатывал на бегу. Он дымил, как паровоз и весил на десяток кило больше, чем нужно, но почему-то женщины всегда так и тянулись к нему. Никто не мог устоять против слабого аромата опасности и ирландского шарма, особенно заметного, когда Макнил разглагольствовал на интересные ему темы.
— Не слыхал такого натурального звериного гама с самого Зимбабве в 93-м, — взобравшись по ступеням, прокричал он коллегам.
Его дожидалась Патти Прицкау, известная среди коллег из «Ньюсвик», как «Патти-Прелесть». Она положила руку на плечо Макнила.
— Особенно впечатляет паренёк с плакатом „Оставьте мифу загадку“, — сообщила Патти.
— Наверное, студент с Родоса, — пробормотал Макнил, ощущая её руку через пиджак.
Последним наверх вскарабкался чернявый Стивенс из «Латиноамериканского Вестника». Будучи евреем и нью-йоркцем, он отпустил латиноамериканские усики, в надежде улучшить своё владение испанским и обрести вес среди корреспондентов из стран третьего мира.
— Мне понравилось «Помните: этот маг — Итог Фантазии». Неплохо сформулировано.
— А с математикой паршиво, — возразила Прицкау. — Этот маг даже приблизительно не итог.
Она глянула на Макнила.
— Думала, вы, бритты, гордитесь своим классическим образованием.
Привалившись к одной из колонн, Патти уставилась на толпу.
Стивенс наскоро отщёлкал несколько снимков.
— Уж меня-то не вини в британском образовании, — отозвался Мак. — Помни — я ирландец!
Он улыбнулся — полуневинно, полупроказливо.
Патти вскинула руки.
— Окей, Мак, только не смей пробовать на мне твои чары.
Они флиртовали уже месяца три, но не выходя за границы приличий.
— Давайте, — поторопил их Стивенс. — Конференция должна была начаться в полдень, а он наступил несколько минут назад. Мы — последние.
— Типично британская точность, — распахнув тяжёлые деревянные двери, съязвила через плечо Патти. — Пунктуальны — зато отстали на сотню лет.
Двое мужчин позади рассмеялись и вслед за ней шагнули в длинный прохладный холл с высоким потолком. По дороге к залу Хатфилда, где и намечалась пресс-конференция, Мак взял Патти за руку. Минуту она так и шла, а потом высвободилась.
— Да ладно, Мак, — шепнула она. — Профессия не позволяет.
— Твоя профессия — или моя? — широко ухмыляясь, уточнил он.
Стивенс сдержал смешок. С самого прибытия Прицкау из Штатов, он следил, как понемногу развивается их роман. В общем-то, весь корпус зарубежной прессы делал на это ставки. Стивенс поставил на Патти. Она чем-то напоминала его старшую сестру.
— Если не поспешим, — заметил Стивенс, — получится, будто прийти, когда полфильма уже прошло. Насчёт актёров разберёмся, но вот сюжет придётся додумывать.
Они резво ускорили шаг и Патти, пусть даже на низких каблуках и в юбке, вырвалась вперёд.
«Вот поэтому, — подумал Стивенс, — я ставлю именно на неё. В первую очередь она — репортёр, а любовница — во вторую».
Последним к двери успел Мак. Переводя дух, он заявил всем:
— Потише. Нечего так спешить. Король Артур подождёт. Все эти годы они с Мерлином ждали, чтобы вернуться, когда понадобятся нам. Судя по преданию, так и должно быть. И я, к примеру, верю этому.
— Ирландцы — невероятно верующие, — заметил Стивенс.
— И невероятные любовники, — подмигнув, прибавил Мак. Усмехнувшись, он открыл дверь, с низким поклоном пропустив вперёд Прицкау и Стивенса.
Впрочем, конференция только-только началась и публике представлялись лица второстепенные: Оппенгейм, возглавляющий Отдел искусствоведения и культурных памятников, Тёрнер, руководящий Оксбриджской Археологической Ассоциацией и Коткер, чьей вотчиной была секция древних манускриптов Бодлеанской библиотеки. Макнил указал на них и присовокупил: