Обычным явлением стало посещение страны высокопоставленными деятелями американской разведки. В октябре 1992 года директор ЦРУ США Роберт Гейтс посетил Москву и Санкт-Петербург. Российская служба внешней разведки подтвердила, что Гейтс работал по напряженной программе, встречался с Евгением Примаковым, Виктором Баранниковым. В Министерстве обороны беседовал с генералами Михаилом Колесниковым и Федором Ладыгиным, курирующими разведывательные структуры этого министерства. Об итогах этих беспрецедентных консультаций сообщалось лишь то, что стороны обсудили возможности установление контактов и взаимодействия по таким проблемам, как нераспространение ядерного оружия, борьба с международным терроризмом, наркобизнесом и организованной преступностью[937].
Была встреча и с президентом Борисом Ельциным. Эти гости обычно сами не вербовали. Они успокаивали и обещали тем, кто верил.
Вербовали их подчиненные, и те активно работали. Выступая в декабре 1992 года на VII съезде народных депутатов РФ, министр безопасности В.П. Баранников сказал: «Мы располагаем прямыми свидетельствами того, что усилия некоторых спецслужб множатся за счет разветвления мобильных резидентур вокруг России, даже на территориях вчерашних наших братьев по соцлагерю и некоторых государствах ближнего зарубежья»[938].
«Западные эксперты, специалисты и консультанты проникли во все поры промышленности, сельского хозяйства, финансов — во все сферы и политики. Перед ними открываются все двери и все сейфы. Они изучают нашу жизнь и дают советы, как нам быть дальше. Но они жизни нашей не знают, и она им неинтересна, у этих дельцов ведь свои цели и задачи: они ведут борьбу за сферы влияния в богатейших районах страны, превращая их в свои сырьевые придатки»[939].
«Более сотни инофирм и организаций используются спецслужбами в качестве прикрытия, в том числе в банковской сфере. Эти возможности позволяют проводить активное влияние на национальном и региональном уровнях для достижения конкретных политических и экономических целей»[940].
Расширение агентурной деятельности иностранных спецслужб против нашей страны базировалось не только на ослабление государственной системы в стране, но и на резком изменении социальных установок в обществе.
«Складывается впечатление, — рассказывал в конце 1993 года генерал-майор В.В. Каширских, — что некоторые должностные лица воспринимают изменения в мире как эру всеобщего братства. Иностранец для них — будь то коммерсант, дипломат или разведчик — недевальвированный источник дохода, за пару десяток зелененьких или возможность поехать за границу ему можно выложить все, что угодно. Любая фирма на Западе, да и у нас тоже, начинает свою деятельность с создания службы безопасности и разработки мер по сохранению коммерческой тайны. А вот в государственных структурах это, похоже, мало кого теперь волнует, и создается ощущение, что все идет на продажу.
Оказывается, иностранцев можно посвящать в планы руководства страной, в новые научные разработки, имеющие стратегическое значение, а также получать от них советы по реформированию органов безопасности, чтобы они никому не мешали…»[941]
Впрочем, что американцы. Работали все кому не лень. На российском Дальнем Востоке резко активизировались спецслужбы стран Азиатско-Тихоокеанского региона, сообщил представитель управления Министерства безопасности РФ по Хабаровскому краю Сергей Демичев. По его словам, только в последнее время в Хабаровском крае было выявлено 20 агентов спецслужб, не имеющих дипломатической неприкосновенности[942].
Все естественно. Но для государственной безопасности утешения в том мало. Кругом вражеские агенты!
Причем были шпионы совсем экзотических разведок. В середине 1994 года помощник президента РФ по национальной безопасности Юрий Батурин сообщил журналистам, что в этом году российскими контрразведчиками был пойман с поличным северокорейский шпион, который работал под дипломатическим прикрытием. Информированные источники в российской контрразведке подтвердили, что «на сегодняшний день Россия и впрямь стала полигоном для самых разных разведок, в том числе и экзотических. Разведки работают нагло и неприкрыто»[943].