По сути, процесс этот можно назвать китаизацией. Медленной, невидимой. Но реальной и от «невидимости» еще более опасной.
Некоторые считают, что китаизация является планируемым процессом. «При анализе становится заметна не беспомощность, а воля, исполняющая определенную программу и удерживающая контроль над процессом.
Например, 21 июля 2004 года правительство Санкт-Петербурга разрешило Шанхайской индустриальной компании работы по строительству многофункционального комплекса на берегу Финского залива. Кроме того, Комитет по инвестициям и стратегическим проектам города отдал той же компании в аренду участок берега, идеально подходящий для порта с выходом на Балтику. Отметим, что китайцам эта форточка в Европу обошлась ниже рыночной цены. Компания предложила инвестировать в проект чайна-тауна 1,25 млрд, долларов, в то время как московские инвесторы готовы были предложить за землю больше, и тем не менее участок отошел не к ним…
Обеспокоенные петербуржцы обращались к властям с требованием запретить строительство китайского плацдарма на одном из лучших свободных участков города и впредь принимать подобные решения только демократически, с обязательным голосованием. Они собрали десятки тысяч подписей, и все тщетно. Как мы видели выше, дело было и не в деньгах. Задумаемся: власти пошли против недвусмысленно выраженной воли своего электората, то есть потеряли голоса на следующих выборах. Кроме того, сделка была заключена вопреки финансовым интересам города. Значит, должна быть причина какого-то высшего порядка!..»[1009]
Нетрудно предположить, какая причина. Продажность.
Посмотрим, как дела обстоят в Красноярском крае. Уточним только, что сначала сведения возьмем из сугубо официального издания, вышедшего в свет в 1998. Данные там, скорее всего, занижены и безбожно устаревшие. Но какие есть. Итак читаем:
«Китайская община Красноярска, особая социальная группа, насчитывающая несколько сотен человек. Основная масса китайцев, в данное время постоянно проживающих в Красноярском крае, поселились здесь в 1950-х. Первые китайцы-торговцы появились в Красноярске и Енисейске в 1870-х. Во время Первой мировой войны сложилась община, насчитывающая более 100 чел. Большая часть из них— те, кто перешел границу с Маньчжоу-го в 1930— 1940-х, были осуждены, а после смерти Сталина освободились из лагерей. Постепенно в Красноярске сложился район компактного поселения китайцев в пос. Бугач. Старики сохранили китайские традиции, имели отношения по типу земляческих, а в районе компактного поселения неформальную структуру. Молодое поколение активно растворилось в русской среде. В конце 1980-х китайская община Красноярска получила новый импульс развития и стала пополняться вновь прибывшими из Китая. Вид на жительство в Красноярске получило до 100 китайцев, большая частью уже имеющих здесь родственников»[1010].
Повторим еще раз — информация устаревшая. С этой волной китайской эмиграции Сибирь справилась. Их ассимилировали. Но по сути, это была не волна, а так, мелкий ручеек. С таким справиться было не сложно. Девятый вал еще не нахлынул.
А теперь данные посвежее. Только в 1998 году и первом квартале 1999 года Красноярский край посетили свыше двух тысяч человек из стран Азиатско-Тихоокеанского региона (АТР), из них более половины нелегально. Попадают они к нам разными путями. Подавляющую часть иностранцев ввозят различные фирмы в качестве рабочей силы. Причем делают это они порой до получения разрешения Федеральной миграционной службы. Слабо осуществляется за ними и контроль, что приводит к использованию иностранцев на строительных объектах, не предусмотренных в контрактах. Многие иностранцы оседают в нашем крае после окончания срока договоров и прекращения регистрации в органах милиции отнюдь не из благородных побуждений. По данным на осень 1999 года, завозом только северокорейцев в город Красноярск занимались пять компаний, из которых лишь одна имела официальный статус[1011].
По данным на май 2006 года, в Красноярском крае на законных основаниях сельским хозяйством занимались полторы тысячи граждан КНР[1012]. Это не считая нелегалов и китайцев, занимающихся другими работами.
1010
Енисейский энциклопедический словарь. Красноярск: Русская энциклопедия, 1998. С. 269.