И самое смешное, что власть этому радостно поверила. Смешно вдвойне. Смешно от того, что, успев уже протереть обшивку трона, признаются, что не имеют представления, в чем национальная идея руководимой ими страны. И от того, что ничтоже сумняшеся поиск национальной идеи поручают рекламным агентствам и аналитическим центрам. На конкурсной, заметьте, демократической основе.
Что тут скажешь? Диагноз ясен — власть ударила в голову»[1071].
Тогда же, в 1996 году, министр внутренних дел А. Куликов отмечал: «Мы идем по краю пропасти… Сейчас, в столь острый момент, необходима ответственность в оценке того, что мы делаем, и настоящая помощь. Дать отпор регрессу может только духовное единство. Только дух творит новые продуктивные формы. История нашего Отечества свидетельствует — только духом сильны все мы. И только духом мы побеждали и победим. У России, при всей сложности ее положения, есть все, что нужно для выхода: население, культурный потенциал, научные возможности, территория, наконец, ядерное оружие, охраняющее нашу внешнюю безопасность».
«Осенью 1997 года, — вспоминала Елена Трегубова, — во время поездки президента в Нижний Новгород… глава государства должен был сделать «судьбоносное» заявление. Пиарщики со Старой площади немедленно разъяснили кремлевским журналистам, что Ельцин намерен объявить «новую национальную идею», которая, наконец-то выработана в недрах Кремлевской администрации. Строй, при котором мы живем, должен быть впервые официально назван — «капитализм», а светлое будущее, к построению которого президент должен был предложить народу стремиться, в документе обозначался как «народный капитализм». Основные тезисы «национальной идеи» заключались в «уходе от криминального чиновничьего капитализма и построения капитализма с равными возможностями для всех». И в довершение планировалось, что президент прямо выскажется в поддержку продолжения «открытых аукционов с равными возможностями».
Неудивительно, что в тот момент все эти тезисы были расценены ближайшим ельцинским окружение как опасные происки клана Чубайса. Поэтому «судьбоносное» выступление президента тоже как-то случайно затерялось где-то в недрах юмашевского письменного стола, и страна, сама того не подозревая, так и осталась без капиталистической «национальной идеи».
Кстати, во время путешествия с Дедушкой в Нижний Новгород я, замаскировавшись под секретаршу-стенографистку, проникла на закрытое совещание президента с губернаторами из ассоциации «Большая Волга» и услышала, как Ельцин с явным удовольствием обкатывал на регионах те самые тезисы «капитализма с равными возможностями»[1072].
Тем временем лидеры оппозиции предлагали свои варианты, которые власть предержащие просто не могли принять.
Например, Г. Зюганов защитил докторскую диссертацию по теме «Основные тенденции и механизм социально-политических изменений в современной России».
«Диссертант на основании исследования приходит к выводам: «Опыт и здравый смысл, научный анализ и культурная традиция подтверждают, что:
с точки зрения исторической, Россия являет собой особый тип цивилизации, наследующий и продолжающий тысячелетнюю традицию Киевской Руси, Московского царства, Российской империи и Союза ССР;
с точки зрения геополитической, Россия — стержень и главная опора евразийского блока, интересы которого противостоят гегемонистским тенденциям «океанской державы» США и атлантического «большого пространства»;
с точки зрения мировозренческо-идеологической, Россия есть выразительница культурно-исторической и нравственной традиций, фундаментальными ценностями которых являются соборность (коллективизм), державность (государственная самодостаточность) и стремление к воплощению высших идеалов добра и справедливости;
с точки зрения национальной, Россия есть сложное этническая общность, в основе которой лежит мощное национальной ядро великороссов, малороссов, белорусов;
с точки зрения экономической, Россия есть автономный хозяйствующий организм, принципиально отличающийся по законам своей деятельности от западной модели «свободного рынка»[1073].
Александр Лебедь еще в 1995 году писал: «Мы летим в пропасть и живы, пока летим. Но дно все ближе и ближе. Надо всмотреться в него пристально, мужественно и хладнокровно, надо зацепиться за что-то спасительное. Надо воссоздать державный стержень. Выбор невелик: национализм и православие»[1074].
1073
Кислицын С. А., Крикунов В. И., Кураев В. Д. Геннадий Зюганов. Краснодар: Флер-1, 1999. С. 241–242.