Эрек и Энида. Клижес

Нарушен, стало быть, закон,
И время требовать расплаты;
И прямо в царские палаты
Решил направиться гонец;
Вошел он молча во дворец;
Не отвечая на приветы,
Вникал во внешние приметы,
В которых различает взор,
Кому привержен царский двор;
И перед самым царским троном
Монарха не почтил поклоном,
И не сказал он: «Государь!»
Как будто перед ним не царь.
Заговорил без всякой лести:
«Алис! Внемли приятной вести!
Ты знаешь: Александр в порту.
Я своего сеньора чту.
Он в правоте своей уверен,
Добиться своего намерен.
Ведь Александр — твой старший брат.
Константинополь, стольный град,
Принадлежит ему по праву.
Ты брату возврати державу
Во избежанье горших бед.
Алис! Вот мой тебе совет!»
Алис ответил: «Друг любезный!
Твои советы бесполезны.
Мой брат погиб, а ты, гонец,
Ты сумасшедший или лжец.
Зловредный вымысел напрасен.
Мой брат в порту? Довольно басен!
Не верю лживым словесам.
Я брата должен видеть сам.
Мой друг! Я рассуждаю здраво.
Ты бредишь или лжешь лукаво.
Будь старший брат мой жив теперь,
Он сам пришел бы, ты поверь!
Я был бы рад родному брату.
Но воспротивиться захвату
Я, без сомнения, смогу,
И не намерен я врагу
Отдать корону и державу».
Совет Алису не по нраву,
Однако вестник перед ним
По-прежнему неустрашим.
«Алис! — ответил он спокойно, —
Ты поступаешь недостойно.
Тогда пред богом и людьми
От брата вызов ты прими.
Увертками пренебрегаю!
Тебя покинуть предлагаю,
Твою наказывая спесь,
Всем тем, кого я вижу здесь.
Законный государь известен.
За государя тот, кто честен!»
Алис, однако, в свой черед
Вопрос клевретам задает;
Вопрос достаточно тревожен:
Кровопролитный бой возможен;
Грозит губительный раздор.
Кто Александру даст отпор?
На всех ли можно положиться?
Не лучше ли разоружиться?
Неутешителен ответ.
Не смеет ни один клеврет
Ввязаться в бой междоусобный.
Мол, неуместен бой подобный;
Пускай раздор в стране возник,
Как Этиокл и Полиник[143],
Сражаться братьям не пристало.
В кровопролитьи толку мало.
Мол, не сулит война добра,
Договориться, мол, пора;
Из-за такого столкновенья
Недолго потерять владенья;
Друг друга незачем дразнить,
Дороже нужно мир ценить.
Алису сразу стало ясно:
Сопротивление напрасно,
Поскольку не надежен двор.
Благоразумный договор —
Вот что заменит оборону
И. сбережет ему корону,
Ничем Алису не грозя.
Хитрее выдумать нельзя.
Корысть Алис превозмогает;
Он Александру предлагает
Державой греческою впредь
Неограниченно владеть,
А императорское званье
На том же самом основанье
Алис навеки сохранит,
Короной только знаменит.
Был на корабль посол направлен,
И от войны народ избавлен.
Принять подобный договор
И прекратить на этом спор
Был добрый Александр согласен,
И путь в Афины безопасен.
В Афины Александр вступил,
Однако присовокупил
Он оговорку к договору,
В грядущем исключая ссору.
Уговорились братья так:
Вступать Алис не должен в брак.
Один Клижес — наследник трона,
И перейдет к нему корона.
Алис не смел ответить: «Нет!»
Он Александру дал обет
До самой смерти не жениться.
Пришлось Алису подчиниться.
Так заключили договор,
И Александру с этих пор
Алис перечить не пытался;
Он императором считался,
Но, впрочем, только на словах;
Благоговение и страх
Баронам преданным внушая,
По-своему дела решая,
Там Александр один царил,
Добро без устали творил,
Как император полновластный,
Высоким доблестям причастный.
На свете каждая страна
Властителю подчинена;
О власти властелин радеет,
А властелином смерть владеет,
За всеми пристально следит
И Александра не щадит.
В плен смерть взяла его незримо.
Он заболел неизлечимо,
И сыну из последних сил
Он перед смертью говорил:
«Клижес! Добра тебе желаю,
Но я себе не представляю,
Где ты научишься добру.
Весь мир британскому двору
Обязан рыцарской наукой.
Король Артур тому порукой.
И если бы твоя звезда
Тебя направила туда,
Где впору доблести учиться,
Ты мог бы вскоре отличиться,
Как было некогда со мной.
Запомни: дядя твой родной —
Сеньор Говен, мой друг сердечный,
При этом рыцарь безупречный.
Попробуй перед ним блеснуть.
Перед тобою верный путь!»
Наставив сына, умер вскоре
От беспощадной некой хвори.
Утрата слишком тяжела.
Утраты не пережила
Золотокудрая в печали.
Обоих вместе погребали.
Клижес тоскою был томим,
Алис как будто вместе с ним,
Но время раны залечило.
Оно Клижеса научило
Былое горе забывать.
Весь век негоже тосковать.
Опять сидит Алис на троне.
Он в императорской короне,
Но соблюдал он свой обет
И не женился много лет,
Однако внял дурным советам,
Доверился своим клевретам,
Вступить он согласился в брак
(Дурной советник — злейший враг.)
Так императора прельстили:
К нему бароны зачастили,
Советовали взять жену
И осчастливить всю страну.
И повелитель слабодушный,
Своим советникам послушный,
На них нисколько не сердит;
Он только разыскать велит
Наизнатнейшую девицу,
Чтобы украсила столицу
Умом своим и чистотой,
При этом славясь красотой.
Уклончивый ответ не к месту,
Нашли в Германии невесту;
Там императорская дочь —
Такая девушка точь-в-точь.
Германский император[144] славен,
Монарху греческому равен;
Другим тягаться с ним не в мочь,
А императорская дочь
Всех затмевает христианок:
И чужестранок, и гречанок.
Алис тогда без лишних слов
Направил в Ренеборк[145] послов.
Послы доехали не скоро,
Однако действовали споро,
Так что германский властелин
Не видел никаких причин
Приезжих огорчать отказом,
И дело порешили разом;
Сам император был не прочь
Узреть возлюбленную дочь
На императорском престоле
(Мечта, бесплодная дотоле).
Итак, препятствие в одном:
Саксонский герцог[146] женихом
Принцессы юной мог считаться;
Отнюдь не склонный с ней расстаться,
Придворных герцог мог побить
И новобрачных оскорбить,
Которым, кроме верной свиты,
Нужна дружина для защиты.