Доктора бывают такие иногда. Будут шутить, особенно некоторые, и никогда не подумают, каково вам!
Я все передумала о миссис Лейднер. Какая она была в самом деле?.. Иногда мне кажется, что она была просто ужасной женщиной, а иногда вспоминаю, как она хорошо ко мне относилась, какой у нее был приятный голос, удивительные белокурые волосы, и тогда я чувствую, что в конце концов, может быть, ее нужно скорее пожалеть, чем винить...
И я не могу не пожалеть доктора Лейднера. Я знаю, что он совершил двойное убийство, но мне кажется, что это не меняет дела. Он так безумно любил ее. Так любить кого-то – страшно.
С годами чем больше я узнаю людей, горя, болезней, тем больше мне всех становится жалко. Что стало с добрыми строгими правилами, в которых меня воспитывала тетя? Очень набожная была женщина, заслуживающая особого разговора. Не было ни одного человека по соседству, чьих недостатков она бы не знала до мельчайших подробностей...
О господи, вот уж действительно прав был доктор Райлли. Как остановиться писать? Если бы найти хорошую выразительную фразу.
Надо узнать у доктора Райлли какую-нибудь арабскую.
Что-нибудь вроде той, которую использовал мосье Пуаро.
«Во имя Аллаха, милосердного, сострадающего...»
Что-то в этом духе.
КАРТЫ НА СТОЛЕ
ПРЕДИСЛОВИЕ
Широко распространено мнение, что детектив похож на большие скачки – стартуют красивые лошади и жокеи. «Платите и попытайте счастье!»
Фаворит в детективе, как принято считать, полная противоположность фавориту на ипподроме. Иными словами, он похож скорее на абсолютного аутсайдера!
Определите из числа участников наименее вероятного преступника и – в девяти случаях из десяти – не ошибетесь.
Поскольку я не хочу, чтобы мой уважаемый читатель в негодовании отшвырнул эту книжку, предпочитаю предупредить заранее, что она совсем иного рода. Здесь лишь четыре участника состязания, и каждый, при соответствующих обстоятельствах, мог бы совершить преступление. Закономерно возникает некоторое недоумение.
Однако я думаю, что четыре человека, каждый из которых совершил убийство и, возможно, еще и новое преступление, не могут не вызвать интереса. Эти четверо представляют совершенно различные человеческие типы, – мотив действия каждого характерен только для него одного, и каждый из них идет к преступлению своим путем. Рассказ строится исключительно на психологических моментах, и это не менее интересно, потому что когда все сказано и совершено, именно душевное состояние убийцы вызывает наибольший интерес.
В качестве еще одного довода в пользу этой детективной истории следует сказать, что это было любимое дело Эркюля Пуаро. Впрочем, его друг, капитан Гастингс, услышав все от самого Пуаро, посчитал эту историю очень скучной!
А с кем из них согласитесь вы, мой читатель?
Глава 1
МИСТЕР ШАЙТАНА
– Мосье Пуаро, дорогой!
Тихий воркующий голос, голос умело используемый как инструмент: ничего импульсивного, непродуманного.
Эркюль Пуаро обернулся.
Поклонился.
Церемонно протянул руку.
В его взгляде мелькнуло что-то необычное. Можно сказать, что случайная встреча вызвала не свойственное ему проявление волнения.
– Мистер Шайтана, дорогой, – произнес он в ответ.
Оба замолкли. Как дуэлянты en garde[119].
Вокруг медленным водоворотом кружила элегантная меланхолическая лондонская публика. Слышались неторопливые разговоры, шушуканье.
– Как прелестно!..
– Просто божественно, правда, милый?..
В Уэссекс-хаусе проходила выставка табакерок. Вход – одна гинея, весь сбор в пользу лондонских больниц.
– Дорогой мой, до чего же я рад вас видеть, – продолжал мистер Шайтана. – Много ли нынче вешают, гильотинируют? Уж не затишье ли в уголовном мире? Или тут сегодня ожидается ограбление? Это было бы весьма пикантно.
– Увы, мосье, – сказал Пуаро. – Я здесь как частное лицо.
Мистер Шайтана обернулся вдруг к очаровательной молодой особе с кудряшками, как у пуделя, с одной стороны головы и шляпкой в виде трех рогов изобилия, свернутых из черной соломки, – с другой.