Мистер Чандра Лал, потрясенный диверсией в комнате Элизабет, впал в обличительный раж.
– Притеснение, – кипятился он, – это явное притеснение со стороны европейцев! Они презирают людей других рас, они полны предрассудков. Случай с Элизабет – типичнейшее проявление расизма.
– Успокойтесь, мистер Лал, – одернула индийца миссис Хаббард. – Ваши обвинения необоснованны. Никому не известно, кто это сделал и по какой причине.
– Разве, миссис Хаббард? А я думал, что Селия пришла к вам и покаялась, – удивилась Джин Томлинсон. – Я так обрадовалась, узнав об этом! Мы должны быть к ней милосердны.
– Наша милосердная Джин! – зло воскликнула Валери Хобхауз.
– По-моему, тут глупо ехидничать.
– «Покаялась!» – передразнил Найджел, дернув плечами. – Мерзейшее слово.
– Не понимаю, почему оно тебе не нравится. Оно в ходу среди членов Оксфордской общины, и...
– Что ты городишь? Неужели ты решила попотчевать нас на завтрак Оксфордской общиной?
– Что происходит, ма? Неужели Селия действительно все это стащила? Значит, она поэтому не вышла сегодня к завтраку?
– Я не понимаю, пожалуйста, – сказал Акибомбо.
Но ввести его в курс дела никто не удосужился. Всем не терпелось высказать свое мнение.
– Бедняжка, – гнул свою линию Лен Бейтсон. – Она что, сидела без денег?
– А знаете, я ничуть не удивилась, – с расстановкой сказала Салли. – Я все время подозревала...
– Но неужели Селия залила мои конспекты? – с сомнением спросила Элизабет Джонстон. – Удивительно, просто не верится.
– Селия не прикасалась к вашим конспектам, – отрезала миссис Хаббард. – И прошу вас немедленно прекратить эту дискуссию. Я собиралась рассказать вам обо всем попозже, но...
– Но Джин вчера вечером подслушала ваш разговор, – сказала Валери.
– Я не подслушивала. Просто я случайно...
– Да говори уж начистоту, Бесс, – перебил ее Найджел. – Ты прекрасно знаешь, кто пролил чернила. Я, сказал Найджел-злодей, из бутылки зеленой своей я пролил чернила![32]
– Это не он! Найджел, ну чего ты валяешь дурака?
– Я благороден и выгораживаю тебя, Пэт. Не ты ли вчера утром просила у меня чернила?
– Я не понимаю, пожалуйста, – вновь произнес Акибомбо.
– А тебе и не нужно понимать, – ответила Салли. – На твоем месте я бы сидела и помалкивала.
Мистер Чандра Лал подскочил как ужаленный:
– А потом вы спрашиваете, почему в мире царит насилие? И почему Египет претендует на Суэцкий канал?
– Черт побери! – заорал Найджел и грохнул чашкой о блюдце, – Сперва Оксфордская община, теперь политика! Не дают спокойно позавтракать! Я ухожу.
Он яростно отшвырнул стул и вылетел из комнаты.
– На улице холодно, ветер! Надень пальто! – кинулась вслед за ним Патрисия.
– Кудах-ах-тах! – передразнила Валери. – Ну, захлопала крылышками!
Француженка Женевьев, еще недостаточно хорошо знавшая английский, чтобы понимать такой бурный речевой поток, внимательно слушала Рене, который переводил ей на ухо, о чем говорят за столом. Внезапно она закричала срывающимся голосом:
– Comment donc? C'est cette petite qui m'a volé mon compact? Ah, par example! J'irai à la police. Je ne supporterai pas une pareille...[33]
Колин МакНабб уже давно пытался вставить свое веское слово, но его глубокий роскошный бас утонул в женском визге. Тогда он перестал церемониться и со всего размаху стукнул кулаком по столу, да так, что тут же воцарилось молчание. Вазочка с мармеладом слетела со стола и разбилась.
– Замолчите вы наконец и дайте сказать мне! В жизни не встречал такого вопиющего невежества и злобы! Вы хотя бы чуточку разбираетесь в психологии? Поверьте, девушка не виновата. Она переживала тяжелый эмоциональный кризис, и мы должны быть крайне деликатны и внимательны к ней, иначе она останется калекой на всю жизнь. Я вас предупреждаю: крайне бережно... именно это ей сейчас необходимо.
– Постой-постой, – зазвенел уверенный голосок Джин. – Я с тобой, конечно, согласна, к ней надо быть снисходительней, но все равно – мы же не можем ей потакать! Я хочу сказать, потакать воровству!
– Воровству! – повторил Колин. – Но это не воровство. Черт побери, меня от вас тошнит... от всех.
– Интересная пациентка, да, Колин? – усмехнулась Валери.
– Для исследователя, интересующегося проблемами нестандартного мышления, – безусловно.
32
Перифраз строфы известного английского детского стишка
Далее в том же стишке разные животные рассказывают о собственном участии в этом «убийстве».
33
Что такое? Значит, эта малышка украла у меня пудреницу? Ничего себе! Я пойду в полицию. Я не потерплю ничего подобного...