Кэтрин посмотрела на Дерека. Его лицо побледнело, но, возможно, ей это только показалось. Он рассмеялся, и его смех звучал достаточно естественно.
– Вы ошиблись, мисс Грей. Со слов полиции я понял, что мое купе находилось через дверь или две от купе моей жены, хотя тогда я об этом не подозревал. Должно быть, вы видели меня входящим в мое собственное купе. – Дерек быстро встал, заметив приближающихся ван Алдина и Найтона. – Мне придется вас покинуть, – сказал он. – Общества моего тестя я не вынесу ни за какие деньги.
Ван Алдин вежливо поздоровался с Кэтрин, но явно пребывал в дурном настроении.
– Вижу, вы любите наблюдать за игрой в теннис, мосье Пуаро, – проворчал он.
– Очень люблю, – безмятежно подтвердил тот.
– Хорошо, что вы во Франции, – заметил миллионер. – Мы, в Штатах, сделаны из другого теста. Для нас дела важнее удовольствий.
Пуаро отнюдь не выглядел оскорбленным. Он дружески улыбнулся разгневанному собеседнику:
– Умоляю вас, не сердитесь. У каждого свои методы. Мне нравится сочетать полезное с приятным. – Глянув на Найтона и Кэтрин, которые оживленно беседовали, детектив удовлетворенно кивнул и тихо добавил: – Я здесь не только для развлечения, мосье ван Алдин. Обратите внимание на высокого седобородого старика с желтоватым лицом, который сидит напротив нас.
– Ну и что?
– Это мосье Папополус.
– Грек?
– Совершенно верно. Широко известный торговец антиквариатом, имеющий маленький магазин в Париже, но полиция подозревает, что он занимается еще кое-чем.
– Чем же?
– Скупкой краденых товаров, особенно драгоценностей. Ему известно все, касающееся изменения формы или оправы драгоценных камней. Он имеет дело с самыми высокопоставленными особами Европы и самым низкопробным отребьем преступного мира.
Миллионер посмотрел на Пуаро с внезапно пробудившимся интересом.
– Ну и?.. – протянул он с новыми нотками в голосе.
– И вот я, Эркюль Пуаро, – детектив драматическим жестом ударил себя в грудь, – спрашиваю себя: зачем мосье Папополус неожиданно прибыл в Ниццу?
На ван Алдина его слова произвели впечатление. На какое-то время он усомнился в Пуаро, подозревая, что маленький человечек всего лишь позер. Теперь же вернулся к первоначальному мнению.
– Я должен извиниться перед вами, мосье, – прямо заявил миллионер.
Пуаро отмахнулся от извинений.
– Ба! – воскликнул он. – Это не имеет значения. Лучше послушайте, какие у меня для вас новости.
Ван Алдин выжидающе посмотрел на него.
– Я знал, что это вас заинтересует, – кивнул детектив. – Как вам известно, граф де ля Роше находился под наблюдением после беседы с судебным следователем. На следующий день полиция во время его отсутствия обыскала виллу «Марина».
– И нашла что-нибудь? Держу пари, что нет.
Пуаро отвесил легкий поклон:
– Ваша проницательность вас не подвела, мосье ван Алдин. Они не нашли ничего подозрительного. Этого и следовало ожидать. Граф де ля Роше, как гласит ваша выразительная идиома, не вчера родился. Он весьма хитрый джентльмен с большим опытом в делах такого рода.
– Продолжайте, – потребовал миллионер.
– Разумеется, возможно, что у графа не было никаких предметов компрометирующего свойства, которые следовало скрывать. Но мы не должны пренебрегать и другой возможностью. Если ему было что скрывать, то где это спрятано? Не в его доме – полиция произвела тщательный обыск. Не при нем лично, так как он знает, что его могут арестовать в любую минуту. Остается его автомобиль. Как я сказал, граф находился под наблюдением. В тот день он отправился в Монте-Карло, а оттуда поехал в Ментону. Его машина очень мощная – он оторвался от преследователей, которые примерно на четверть часа потеряли его из виду.
– И вы думаете, в это время он что-то спрятал на обочине? – не без иронии спросил ван Алдин.
– Только не на обочине. Ce n'est pas pratique[91]. Но я сделал маленькое предложение мосье Каррежу, который любезно его одобрил. В каждом почтовом отделении поблизости поместили человека, знающего графа в лицо. Потому что, мосье, лучший способ спрятать вещь – это отправить ее по почте.
– Ну? – снова нетерпеливо спросил миллионер.
– Ну voilà![92] – Пуаро театральным жестом извлек из кармана коричневый пакет и развязал тесемку. – В течение пятнадцатиминутного интервала наш достойный джентльмен отправил вот это.
– По какому адресу? – резко спросил миллионер.
Пуаро покачал головой:
– К сожалению, это нам ничего не даст. Пакет был адресован в одну из маленьких газетных лавок в Париже, где письма и посылки за небольшую плату хранятся до востребования.