– Да, но что внутри? – с нетерпением осведомился ван Алдин.
Пуаро развернул коричневую бумагу, которая прикрывала квадратную картонную коробочку, и огляделся вокруг.
– Подходящий момент, – шепнул он. – Все взгляды устремлены на корт. Смотрите, мосье! – и на мгновение поднял крышку коробочки.
У миллионера вырвался возглас изумления. Лицо его побелело как мел.
– Боже мой! – ахнул он. – Рубины!
Детектив положил коробочку в карман и безмятежно улыбнулся. Застывший от удивления ван Алдин внезапно вышел из транса и так стиснул ему руку, что маленький человечек поморщился от боли.
– Это великолепно! Вам нет равных, мосье Пуаро!
– Пустяки, – скромно отозвался тот. – Для этого нужно лишь не забывать о порядке и методе, быть готовым к любым случайностям.
– Полагаю, теперь граф де ля Роше арестован? – полюбопытствовал ван Алдин.
– Нет.
На лице миллионера отразилось удивление.
– Но почему? Что еще вам нужно?
– У графа все еще железное алиби.
– Чушь какая-то!
– Да, – кивнул Пуаро. – Я тоже думаю, что это чушь, но, к сожалению, мы должны это доказать.
– А тем временем он от вас ускользнет.
Детектив покачал головой:
– Нет, граф этого не сделает. Он не может пожертвовать своим положением в обществе. Любой ценой ему нужно выкрутиться.
Однако ван Алдин не был удовлетворен.
– Но я не понимаю...
Пуаро поднял руку:
– Дайте мне еще минуту, мосье. У меня есть маленькая идея. Многие смеялись над идеями Эркюля Пуаро – и оказывались не правы.
– Ладно, валяйте, – кивнул миллионер. – Что за идея?
– Я зайду к вам в отель завтра в одиннадцать утра, – после небольшой паузы сказал детектив. – А до тех пор никому ничего не рассказывайте.
Глава 22
МОСЬЕ ПАПОПОЛУС ЗАВТРАКАЕТ
Мосье Папополус завтракал. Напротив него сидела его дочь Зия.
В дверь гостиной постучали, вошел посыльный и вручил Папополусу карточку. Тот взглянул на нее, поднял брови и передал дочери.
– Эркюль Пуаро, – промолвил антиквар, задумчиво теребя левое ухо. – Интересно...
Отец и дочь посмотрели друг на друга.
– Я видел его вчера на теннисе, – продолжал Папополус. – Мне это не слишком нравится, Зия.
– Однажды он оказал тебе большую услугу, – напомнила ему дочь.
– Это верно, – признал Папополус. – К тому же я слышал, что он удалился от дел.
Отец с дочерью беседовали на родном языке. Обернувшись к посыльному, антиквар сказал по-французски:
– Faîtes monter ce monsieur[93].
Через несколько минут щегольски одетый Эркюль Пуаро вошел в комнату, весело помахивая тростью:
– Мой дорогой мосье Папополус!
– Мой дорогой мосье Пуаро!
– И мадемуазель Зия! – Детектив отвесил ей низкий поклон.
– Простите, что мы продолжаем завтракать, – извинился антиквар, наливая себе очередную чашку кофе. – Ваш визит... хм!.. несколько ранний.
– Это весьма прискорбно, – отозвался Пуаро, – но меня вынудили обстоятельства.
– Значит, вы по делу? – осведомился грек.
– И по очень серьезному. По делу о гибели мадам Кеттеринг.
– Дайте подумать... – Папополус невинно уставился в потолок. – Это леди, которая умерла в «Голубом поезде», не так ли? Я читал об этом в газетах, но там не было и намека на преступление.
– В интересах правосудия этот факт предпочли не упоминать, – пояснил детектив.
Последовала пауза.
– Чем же я могу вам помочь, мосье Пуаро? – вежливо осведомился торговец.
– Voilà, – отозвался тот. – Я как раз к этому подхожу. – И, вынув из кармана коробочку, которую показывал в Канне, открыл ее, высыпал на стол рубины, одновременно внимательно наблюдая за стариком.
Но на лице антиквара не дрогнул ни один мускул. Он принялся внимательно разглядывать драгоценности, затем вопрошающе посмотрел на детектива.
– Они великолепны, не так ли? – осведомился Пуаро.
– Превосходны, – согласился Папополус.
– Сколько, по-вашему, они стоят?
На сей раз лицо грека слегка дрогнуло.
– Вам действительно необходимо это знать, мосье Пуаро? – спросил он.
– Вы весьма проницательны, мосье Папополус. Нет, в этом нет нужды. Они ведь никак не стоят, скажем, пятьсот тысяч долларов.
Антиквар рассмеялся, и детектив присоединился к нему.