Наконец-то у Есенина появился свой постоянный «угол»! Правда, прописаться к жене он так и не успел. Казалось бы – ну какие тут могут быть проблемы, ведь супругам положено жить вместе? Да никаких! Но были, причем довольно крупные. Тем, кто в наше время сетует на забюрократизированность каких-то сфер, можно сказать лишь одно: не видали вы настоящей бюрократии, которая расцвела махровым цветом в послереволюционные годы. По этой части большевики превзошли все царские ведомства и конторы. Борьба с бюрократией шла по всем фронтам, в том числе и на литературном фронте. Например, Владимир Маяковский весной 1922 года написал обличительное стихотворение «Бюрократиада».
Однако же несмотря на все старания критиков, бюрократия продолжала цвести повсюду, в том числе и в жилтовариществах, созданных согласно постановлению Центрального Исполнительного Комитета СССР и Совета Народных Комиссаров СССР «О жилищной кооперации». Это постановление было издано 19 августа 1924 года, иначе говоря – в то время, когда Есенин пытался прописаться к Софье Толстой, жилтоварищества были новой структурой, но бюрократия одинаково успешно поражала и старые, и молодые структуры.
Вот что писала Ольга Константиновна Толстая дочери 3 августа 1925 года: «До сих пор Сергея Александровича не прописали, ссылаясь на недостаток военных документов, а также сведений о том, где служит. Слова “литератор” оказывается мало. Хотели прописать “без определенных занятий”… В эту пятницу я пошла к Хургину [председателю жилтоварищества] (который был очень любезен) и напомнила ему о том, что у него есть бумажка из “Красной нови”[49]. Он при мне сделал приписку на бланке милиции. Кроме того, я попросила Илюшу еще раз и более подробную достать бумагу из “Красной нови”, что он и сделал, и теперь во вторник (завтра) можно представить ее в жилтоварищество. Там значится, что Сергей Александрович сотрудник с окладом 150 р. в месяц».
Упомянутый в письме Илюша – это Илья Иванович Есенин, двоюродный брат нашего героя (с отцовской стороны), также живший в квартире Толстых. Сергей Есенин принимал участие в судьбе Ильи, пытался пристроить его на учебу в столице и весьма тесно сблизился с ним. «Илюшка – настоящий благородный брат, – писал Есенин отцу в августе 1925 года из курортного поселка Мардакяны близ Баку. – Думаю, что он заменит мне потерянную сестру». «Потерянной сестрой» Есенин считал Екатерину, с которой он к тому времени рассорился окончательно, поскольку не мог ей доверять. В частности, Екатерина пыталась присвоить деньги, которые брат дал ей для отправки отцу. «Деньги тебе задержались не по моей вине, – пишет Есенин в том же письме. – Катька обманула Соню и меня. Она получила деньги и сказала, что послала их. Потом Илюша выяснил. Пусть она идет к черту хоть в шоколадницы. Ведь при всех возможностях никуда не попала и научилась только благодаря Т. Ф. [Татьяне Федоровне] выжимать меня. Беспокоюсь только о Шуре. Из нее что-нибудь выйдет».
Скоро, как известно, только сказки сказываются, а дела делаются не скоро, но можно с уверенностью предположить, что если бы Есенин не ушел из жизни в конце 1925 года, то в следующем году он непременно бы смог прописаться в Померанцевом переулке… Смог бы, но не успел.
«После того как Софья Андреевна вышла замуж за Есенина, я как-то был приглашен к ним, – вспоминает Юрий Либединский. – Странно было увидеть Сергея в удобной, порядливой квартире, где все словно создано для серьезного и тихого писательского труда… Мне очень хотелось, чтобы он всегда жил так – тихо, сосредоточенно. Писателю его масштаба, его величины таланта следовало бы жить именно так. Но не помню, в этот ли раз или в другой, когда я зашел к нему, он на мой вопрос, как ему живется, ответил:
49
«Красная новь» – литературный журнал, издававшийся с 1921 по 1941 год и ставший первым советским толстым литературным журналом, в котором, помимо художественных произведений публиковались статьи партийных и государственных деятелей. В 1923–1925 годах Сергей Есенин был одним из ведущих авторов журнала.