Повернув за угол, девушка заметила на одном из столов проволочную клетку с ярд[46] длиной и в два фута шириной. Там сидело от пятнадцати до двадцати мышей разных оттенков серого и коричневого окраса. Грызуны ели и пили из маленьких мисочек, сновали по клетке взад-вперед, залезали в неглубокие «норки», сделанные из предварительно размоченной до состояния кашицы, порезанной газетной бумаги, чистили себе шерстку, испражнялись и спаривались. Даже беря в расчет, что мыши крайне нервные зверьки, Биби сделала вывод: обитатели клетки тем не менее отличаются уж слишком большой нервозностью – носятся из одного угла в другой, вертятся волчком на месте, когда их собратья непреднамеренно наступают им на хвост. Мыши беспрерывно буравили своими глазками, темными и жидкими, словно капельки нефти, собственную маленькую территорию.
Их поведение заставило Биби взглянуть на цементный пол, на котором ползали те, кто нагнал на мышей такой страх. Одна змея… другая… третья…
Биби тотчас же определила, что извивающиеся на полу теплицы змеи – это не гадюки. Там вообще не было ни единой змеи одного и того же вида. К герпетологии девушка относилась прохладно, поэтому не могла определить их вид либо сказать по внешним признакам, ядовита ли какая-нибудь из змей или нет. Биби решила, что они всё же безвредны, иначе Калида не позволила бы рептилиям так свободно ползать по полу.
Вот только люди постоянно гибнут, несмотря на холодный расчет и железную логику своих предположений. А ведь она совсем недавно пообещала Пого, что не даст ему повода еще раз оплакивать ее, поэтому девушка принялась осторожно отступать от извивающейся троицы, опасаясь того, что может наступить на четвертую, которая окажется у нее на пути. Биби была готова в любой момент развернуться и дать стрекача, если одна из змей начнет сворачиваться кольцами, готовясь к броску.
Быть может, змеи ошибочно приняли ее за Калиду, появившуюся, чтобы накормить их мышами. Когда девушка отступила, змеи за ней не поползли. Две бесшумно скрылись под столом, на котором стояла клетка с грызунами, а третья принялась взбираться вверх по ножке, собираясь, по-видимому, выбрать среди паникующих мышей ту, что станет ее обедом.
Выйдя из теплицы и захлопнув за собой дверь, Биби с облегчением выпустила из груди воздух.
Во всяком случае, рискнув, она кое-что узнала о Калиде: оккультные интересы гадалки не ограничиваются одной словоделомантией. Либо ее убитая мать была женщиной с разносторонними каббалистическими интересами, либо уже сама Калида расширила первоначальный бизнес матери… В любом случае гадалка теперь представлялась человеком странным, если не полной психичкой.
Как бы то ни было, следовало проникнуть в главное здание. С учетом того, на что намекало содержимое теплицы, в бунгало для Биби найдется много интересного.
Она подергала ручку ведущей на кухню двери. Заперто. Девушка не видела знака, предупреждающего, что дом находится под защитой охранной компании, но ей не хотелось брать в руки камень и бить стекло. Работая над новым романом, Биби многое узнала о взломах, встречалась с детективами, специализирующимися на этом, и даже беседовала с осужденными преступниками, сидящими за множество краж со взломами. Она узнала, что для полноценного обвинения необходимо именно взломать двери или окна, а затем украсть в помещении какую-нибудь вещь. Без этого тебя обвинят в куда менее тяжелом правонарушении – в незаконном проникновении.
То, что она сейчас обдумывает юридические последствия задуманного ею проступка, Биби не на шутку встревожило… Ладно… А у нее есть другой выбор? Полицейские не станут рассматривать ее жалобы на угрозы со стороны сверхъестественных сил, к тому же она не исключала, что плохие люди есть и среди копов. А еще два дня назад Смерть не только стояла на пороге ее дома, но уже трезвонила в дверь и звала выйти поиграть с ней. По сравнению с этим любая неприятность, ожидающая ее сейчас, – слаще и нежнее пудинга.
Среди прочих любопытных фактов об ограблениях со взломом Биби узнала, что, как ни странно, многие люди, заботясь о том, чтобы все замки внизу были заперты, совсем забывают об окнах на втором этаже, а иногда даже о балконных дверях.
По бокам овитой вистерией беседки, затенявшей патио, были набиты планки сечением два на два дюйма, что делало их вполне пригодными в качестве альтернативы перекладинам приставной лестницы. Биби выбрала тот край, где вистерия разрослась не настолько густо. Мысленно сказав самой себе, что это намного безопаснее, чем серфинг, так как в беседке не водятся акулы, девушка устремилась вверх с проворством, которое, признаться, порадовало ее. Возможно, в последние годы она излишне много времени просиживала за письменным столом, сочиняя, но подобный образ жизни пока что не сделал ее рохлей.