Первый роман Брина был принят читателями и критиками неплохо — но и только; многие, как и автор этих строк, познакомились с дебютом писателя задним числом, вдохновившись чтением продолжения — уже упомянутого романа «Начинается звездный прилив» (1983), собравшего внушительный урожай премий: «Хьюго», «Небьюла», премия журнала «Локус»[9]… Следующий роман, завершивший трилогию (то, что трилогия вырастет в сериал, выяснилось позже, но предугадать можно было уже тогда, десять лет назад), «Война цивилизаторов»[10] (1987) также принес автору премии «Хьюго» и «Локус».
Первый и второй (пока, несомненно, лучший) романы из серии о Восхождении обещали многое. Придуманная Брином схема «обустройства» галактики поражала сложностью и продуманностью, что выгодно отличало его мир от примитивных «космических опер» многих коллег.
Во-первых, не одна обитаемая галактика, а целых пять союзов разумных рас. Во-вторых, все они были некогда «засеяны» разумной жизнью, а таинственный сеятель — сверхраса Прародителей удалилась неведомо куда (как и положено всем этим Хайнам и Странникам), однако оставила приглядывать за молодыми цивилизациями-несмышленышами пять рас-наставников (Patron Lines), по одной на каждую галактику. В обязанности Наставников входит помощь «местным» разумным расам в их медленном и трудоемком карабкании по цивилизационной лестнице. Это Восхождение (Uplift) и составляет тайный план неведомых Прародителей, своего рода галактический Высший Закон, какие-либо отклонения от коего не допускаются и своевременно — я бы добавил: с фанатичной непреклонностью — пресекаются… При том, что эти пять рас — наиболее деятельные и старые, во время оно были «возвышены» предыдущими Наставниками, а те — своими, еще более древними. Память о самых первых в значительной мере утеряна, остались лишь мифы и легенды.
На мой субъективный вкус, и этого более чем достаточно для раскручивания добротного, полновесного сюжета. Однако автору показалось мало. И он насыщает действие еще несколькими темами.
В-третьих, земная цивилизация усомнилась в благих намерениях Плана. Дело в том, что у землян не было «своего» Наставника (а значит, и покровителя), и их не очень жаловали в обитаемом космосе — как всяких выскочек. Кроме того, землянам разрешили «возвысить» шимпанзе и дельфинов, но дальше поумневшие шимпанзе начали втихую «возвышать» и другие виды обезьян, и… события начали приобретать необратимый характер. План неведомых первых Прародителей оказался под угрозой. А опыт общения с иными космическими расами показывал, что обитаемая Вселенная напоминает собой средневековый феодальный раздрай наподобие того, когда монарх умирает или отправляется в долгий поход, после чего в стране начинается бесконечная драка влиятельных кланов, каждый из которых считает, что именно на него возложена обязанность следить за исполнением Закона. Это, в-четвертых. В-пятых, единственное, что может сохранить пусть зыбкий, но мир в пяти галактиках, это проникновение в полумифическую вселенскую библиотеку Прародителей — Галактический Институт (нечто вроде азимовского Основания), где аккумулирована вся известная мудрость Вселенной. В-шестых, самодеятельность землян вызывает беспокойство у Наставников — и в воздухе (точнее, в безвоздушном пространстве) пахнет грозой, назревает галактическая война. В-седьмых, экипаж земного космического корабля состоит не только из людей: им помогают те самые разумные дельфины, чьи образы, кстати, по живости и убедительности соперничают с образами людей. Есть еще «в-восьмых», «в-девятых», «в-десятых»…
Перебор? Дело вкуса… Уже на последнем романе первой трилогии я откровенно заскучал, поскольку количественное увеличение сюжетных линий не сопровождалось новым качеством: цикл Брина уверенно выруливал на конвейерный сериал — другое дело, что сериал, в отличие от многих, высококачественный. Вторая трилогия о Восхождении — «Риф света» (1995), «Берег бесконечности» (1996), «Галс неба» (1997) — оказалась явно слабее предыдущей, хотя большинство читателей ее приняли, о чем свидетельствуют впечатляющие тиражи…
К счастью, писатель не зациклился на своей беспроигрышной эпопее и в промежутке между двумя трилогиями приятно удивил романами совершенно иного толка. Этот поворот в творчестве Брина и знаменует собой истинное Восхождение автора, результат которого пока однозначно предсказать трудно, но сам факт «отрыва» от золотоносного конвейера говорит о многом…
9
Причем, книге Брина пришлось конкурировать в том году, как минимум, с двумя не менее популярными — «Тысячелетием» Джона Варли и «Роботами рассвета» тогда еще живого классика Айзека Азимова (Здесь и далее прим. авт.)
10
В оригинале «The Uplift War»; существующий русский перевод названия — «Война цивилизаторов» — лично мне представляется малоудачным.